Естественная дикость

Клив Уэст—яркий представитель нового поколения ландшафтных дизайнеров, для которых смысл и цель ландшафтной архитектуры выражается через понятия «гармония» и «естественность». От регулярных планов, с чётко прослеживающейся структурой, прямых углов и симметрии, оставленных на откуп общественным паркам, их работы для частных заказчиков всё больше отклоняются в сторону природного хаоса, с его асимметричными плавными линиями и формами. Эта же тенденция прослеживается и в ботанических пристрастиях молодых дизайнеров, отдающих предпочтение травам и цветам естественного происхождения (большинство из которых отлично подходят и для нашей природной полосы!), а не экзотическим результатам кропотливой селекции. Теперь задача состоит не в том, чтобы разделить растения, организуя для каждого показательные клумбы и грядки в духе ботанического сада, а, наоборот, грамотно соединить их, образовав непрерывное перетекание и смешение разных видов. Характерно и то, что в своих работах ландшафтные дизайнеры стараются объединить архитектурные постройки с садом в единую композицию и активно использовать современную абстрактную скульптуру и крупные декоративные элементы.

Одна из последних работ Клива Уэста—частный сад, раскинувшийся на просторах французской Нормандии,—как раз наглядно демонстрирует новые заповеди современного ландшафтного дизайна в действии, которые органично слились с философией самого Уэста.

Выпускник британского The Royal Botanic Gardens в Кью, где учился под руководством Джона Брукса—признанного мэтра ландшафтного дизайна, Уэст проникся идеями своего наставника о том, что ландшафтный дизайн должен быть не только оригинальным, но главное—гармоничным. Впоследствии, именно умение гармонично сочетать и располагать растения в естественном ландшафте, выигрышно используя его особенности, создало Кливу Уэсту славу новатора в области садового дизайна и принесло в 2006 году золотую медаль авторитетного конкурса Chelsea Flower Show.

Итак, чем же населён волшебный сад от Уэста? На первый взгляд, всё выглядит достаточно просто: несколько условных зон с неприхотливыми многолетниками, травой и кустарником. Что тут сложного? Однако за видимой простотой скрывается кропотливая работа по подбору и размещению различных сортов растений, которые ненавязчиво, но эффектно смотрятся на протяжении всего весенне-летнего периода и осенью. Скромные по отдельности, в массе и в сочетании с другими растениями они образуют сильный декоративный эффект. В целом весь сад с весны до осени трансформируется от нежных розово-лиловых и светло-зелёных тонов через жёлтые и густо-зелёные краски к насыщенным оранжево-красным и коричневым цветам. Например, кустарник с загадочным названием «Игра Ламарка» или «Игра канадская» (Amelanchier Lamarckii) меняет окраску листьев от розоватого до сизо-зелёного, а затем до оранжевого и красного цвета. А белизну цветов в конце мая-начале июня к сентябрю превращает в тёмный пурпур ягод. Оранжево-пурпурные тона преобладают и в осенней окраске других обитателей сада—боярышника сливолистного, мускантуса китайского (китайский камыш), тысячелистника таволгового, зопника Рассела.

Декоративные многолетники, растущие по всему саду, используются и для условного зонирования, благодаря своей довольно большой высоте: от 60 до 300 сантиметров. Возможно, именно поэтому, крупные скульптурные элементы, вкраплённые в ландшафтную композицию, не создают ощущения брутальности. Так, на фоне посаженного с трёх сторон от бассейна китайского камыша, высота которого может достигать трёх метров, монументальные декоративные пирамиды, смотрятся весьма невесомо. Да и огромные шары из стальных прутьев, изначально предназначенные для фигурной стрижки садовых деревьев, элегантно вписались в общий пейзаж, став его неотъемлемым декоративным компонентом.

Сотрудничество со скульпторами и архитекторами—важнейшая часть работы Уэста. В этом диалоге, по его мнению, и обнаруживается будущая гармония между жилой и ландшафтной архитектурой. И хотя в данном проекте сотрудничество с архитектором было невозможно, так как дому не одна сотня лет, совместно поработать со скульптором дизайнеру всё-таки удалось. Пирамиды около бассейна были выполнены по его заказу британским скульптором Джонни Вудфордом.

Ещё одна важная деталь философии Клива Уэста, нашедшая отражение в нормандском саду,—внимательное отношение к экологии и естественной биологической среде места, где он работает. Для реализации этой концепции Клив специально подбирает растения, которые в силу особенностей своего размножения не будут вторгаться в окружающую дизайнерский сад природу, нарушая тем самым уже устоявшуюся гармонию местной биосферы.

Хотя, признаться честно, его сад так хорош, что даже хочется, чтобы он разросся, превратив всё вокруг в райские кущи.—RR

clevewest.com