Идеальный дом

Попросите любого дизайнера назвать самую удачную комнату в любом из его проектов, и он, скорее всего, затруднится с ответом. Robb Report может позволить себе больше беспристрастности.

Во второй ежегодный выпуск рубрики «Идеальный дом» мы, словно одержимые коллекционеры, включили разношёрстную подборку всевозможных жилых и нежилых пространств, над обликом которых работали разные мастера. Здесь представлен широкий спектр стилей: от монументальной классики до минималистской современности. Отбирались проекты не только привлекательные эстетически, но в первую очередь основанные на запоминающейся концептуальной идее. Мечты осуществляются по‑разному, и мы надеемся, что отобранные нами шедевры вызовут у вас восхищение, разбудят фантазию, а может быть, и дадут повод для создания дома, фрагмент которого украсит нашу рубрику ровно через год.

ФАСАД

Подобно дизайну автомобиля или крою пиджака, внешний вид дома может многое рассказать о его владельце. Уоллис Каннингхем, построивший этот особняк в Южной Калифорнии, стремился создать архитектурными средствами портрет заказчиков—супружеской пары, сильная половина которой занимается наукой, а прекрасная—бизнесом. «Архитектура как биография,—рассуждает Каннингхем, сравнивающий ритм и тени здания со структурой ДНК.—Эти клиенты—люди очень образованные и тактичные. Они всегда со вкусом одеты, но в них не чувствуется ни чопорности, ни холодности. Я хотел, чтобы дом получился им под стать».

Главное требование хозяев сводилось к тому, чтобы даже внутри дом производил впечатление, будто вы находитесь на открытом воздухе. Чтобы добиться этого, Каннингхем предусмотрел центральный внутренний дворик и минимизировал количество внешних стен, так что строение буквально купается в естественном свете.

Отличительной особенностью здания стал ряд выступов, похожих на гигантские вертикальные жалюзи, высотой от 3,4 до 5,5 метра. Эти выступы смягчают проникающий внутрь солнечный свет и придают дому необычный, несколько футуристический вид. «Я старался прислушиваться к пожеланиям заказчиков и покрыл внешнюю поверхность стен нейтральной штукатуркой, обрамил стёкла бронзовым профилем, а для внутренних полов подобрал золотистый мрамор из Северной Африки»,—говорит архитектор.

Дом общей площадью 930 квадратных метров построен на участке площадью 1,2 га. Желая реорганизовать это пространство и дать хозяевам ощущение безопасности, Каннингхем окружил здание большими прудами, в которых, как в зеркале, продолжаются чёткие прямые линии фасада. По вечерам дом напоминает огромный волшебный фонарь. Этот удивительный проект являет собой образец гармоничного сочетания света и тени, а также идеально соответствует калифорнийской природе и характеру владельцев. www.wallacecunningham.com

ХОЛЛ

Джеймс Магни утверждает, что за 25 лет работы дизайнером он не встречал более превосходной коллекции предметов искусства, чем та, которую собрали его клиенты из Беверли-Хиллз: ушедший на покой промышленник и его жена, попечитель лос-анджелесского Музея современного искусства. Для своего дома они попросили Магни придумать простое цветовое решение, которое не перебивало бы впечатление от коллекции, включающей крупноформатные полотна Эдда Руши, Дэвида Хокни, Джоэла Шапиро, Синди Шерман и Барбары Крюгер.

«Однако если дом таких размеров, а именно 1 200 квадратных метров, заполнить только произведениями современного искусства, то он станет довольно однообразным,—говорит Магни, предложивший, чтобы избежать монотонности, объединить под одной крышей современные элементы дизайна со старинными.—Вначале от слова «старинный», их, по‑моему, передёргивало, но мы подобрали настолько разноплановый антиквариат, что он придал обстановке дух всемирности». Из того, что предложил Магни, какие-то элементы относятся к китайской династии Хань, другие—к эпохе Этьена Мёнье (личного мебельщика Людовика XV), а третьи представляют собой американский ар-деко.

Прихожая, являющая собой пространство площадью 350 квадратных метров, с белыми стенами, полом из известняка и стеклянными секциями в крыше, играет роль картинной галереи. По просьбе хозяйки Магни установил пару дверей из стекла и стали, которые открываются на известняковый мостик, застывший над гладью пруда с японскими карпами. «Она аккуратно подбирала каждую дверь под общий стиль дома,—говорит дизайнер.—Этот проход, где по обеим стенам стекает каскад воды, производит сильное и в то же время очень органичное впечатление». По другую сторону от мостика—ещё одна пара дверей, за которыми расположен длинный вестибюль, оканчивающийся фонтаном.

Выдержанные в современном, но отнюдь не в минималистском духе помещения, что видны из прихожей, блестят великолепным убранством. Здесь вам и розовый шкафчик, обтянутый акульей кожей, и пятиметровый стол из красной бронзы, и вытканный вручную бежевый шёлковый ковёр двенадцати метров в длину, на изготовление которого ушло больше года работы. www.magnidesign.com

ГОСТИНАЯ

В сознании современного человека гостиная чётко ассоциируется со столовой и кухней. Единое пространство, объединяющее эти три помещения, как правило, занимает центр дома. В трёхэтажной квартире архитекторов Андрея Савина и Александры Павловой пространство первого этажа выполняет ещё более широкие функции—здесь находятся не только гостиная, столовая и кухня, но и прихожая и даже домашний кинотеатр. «Когда архитектор делает интерьер себе, появляется уникальная возможность реализовывать самые смелые идеи. Правда, сначала у нас не было никаких мыслей по поводу того, как преобразить эти 350 квадратных метров в реконструированном доме на Пречистинке. В конце концов мы не стали делать полной рабочей документации по проекту, а объясняли всё рабочим на месте. Так и продолжалось это строительство методом проб и ошибок целых четыре года»,—рассказывают хозяева.

В результате на первом этаже получился лёгкий, воздушный интерьер, сотканный из стекла, металла и современных технологичных материалов. Под ногами—мраморные плиты и наливной пол на цементной основе. Над головой—подвесная металлическая конструкция и светильники из полупрозрачной ткани. Изящная металлическая лестница—одно из главных украшений интерьера. Здесь вообще пространство важнее его наполнения, архитектурные конструкции доминируют над аксессуарами и мебелью. Поэтому в гостиной стоит только несколько кушеток, пара кресел и лампа-«облако», сделанная четырнадцатилетним сыном Иваном (идея была согласована с Андреем).

Если не брать во внимание вид из огромных окон от пола до потолка, то невозможно понять, что этот интерьер находится в Москве, настолько он вписывается в интернациональную стилистику современного пентхауза.

СТОЛОВАЯ

Поначалу дизайнеру по интерьерам Дженнифер Гарригес казалось, что настойчивая просьба её клиентов—найти обеденный стол на 24 персоны—просто невыполнима. «Затем в одном из лондонских магазинов мне попался прекрасный антикварный стол именно с 24 стульями»,—рассказывает Гарригес, англичанка, которая живёт и работает в Палм-Бич и Нью-Йорке. Удачная находка вполне отвечала эклектичным вкусам хозяев и идеально дополняла их собрание современного искусства, которое они, среди немногих других вещей, перевезли из Нью-Йорка в недавно купленный четырёхэтажный дом в Чикаго.

Теперь их столовая полностью соответствует своему предназначению. Её украшают гобелены из бирманских храмов (купленные в чикагском «Золотом треугольнике»), люстра 30-х годов прошлого века в стиле «ар-деко» (из нью-йоркского магазина Lorin Marsh), японские ткани с узором в виде речной гальки и оригинальная коллекция жёлтых горшочков (из чикагского Primitive Artworks). «Это комната, где люди общаются, чему в немалой степени способствует интерьер,—говорит Гарригес, услугами которой эта супружеская пара пользуется не впервые.—Я, как и мои клиенты, далека от строгого стиля парадных столовых».

Дом был возведен в 1880 году для Поттера Палмера, застройщика и основателя знаменитого чикагского универмага Marshall Field’s. В 1905 году здание подверглось перестройке по проекту Эрнеста Грэхема из архитектурной фирмы Graham, Anderson, Probst and White (построившей Wrigley Building и Pennsylvania Station). Последней реставрацией дома, осуществленной в 2002 году, руководил архитектор Марвин Герман. Он сохранил лепные карнизы и паркетные полы. «Мы не стали менять размеры столовой, добавив лишь пилястры и две двери—в кухню и библиотеку,—рассказывает Герман, специализирующийся как на реставрации классических зданий, так и на современных проектах.—Снаружи дом полностью отделан известняком. Все комнаты получились достаточно просторные. С одной стороны, мы оставили в неприкосновенности максимум исторических элементов, с другой—обновили все коммуникации, чтобы в доме было удобно жить».

Эта овальная зала имеет две банкетные зоны, поэтому при необходимости в ней можно принять не только две дюжины, но и две сотни гостей. www.jennifergarrigues.com

КУХНЯ

Cловосочетание «исчезающая кухня» уже никого не удивляет. Производители стараются сделать кухонную мебель как можно скромней и незаметней, а архитекторы запрятать её в доме подальше, чтобы не бросалась в глаза. И эта тенденция закономерна, кухня в современном жилом пространстве больше не является центром, её функцию не принято выставлять напоказ. В то же время никакая хозяйка не пойдёт на то, чтобы готовить в отдельном, изолированном помещении, не общаясь при этом с гостями. Перед архитектором Борисом Уборевичем-Боровским стояла непростая планировочная задача. «В условиях дефицита естественного освещения кухню надо было расположить в глубине квартиры, практически в коридоре, между спальней и ванной. В результате оборудование разместили с двух сторон от прохода. При этом плита и рабочий стол ориентированы на столовую, что позволяет теперь хозяйке дома общаться с друзьями в процессе приготовления еды через проём. Гости же либо располагаются на барных стульях с другой стороны от проёма, либо находятся в столовой»,—объясняет архитектор. И что самое приятное, во время обеда через барную стойку можно передавать на стол горячие блюда.

Чёткие линии и лаконичные цвета делают кухню практически незаметной, сливающейся со стенами. Барная стойка выполнена из чёрного сланца, такого же цвета фронтальные поверхности мебели. Вторым доминирующим материалом стал светлый металл, из которого сделаны бытовая техника, фурнитура и рабочая столешница. Завершает общую цветовую гамму почти белый, блестящий наливной пол.

Таким образом, всё кухонное оборудование удачно вписано в пространство квартиры: не занимает много места и при этом удобно расположено. www.uborevich.ru

ВАННАЯ

Просторная ванная комната с окном—роскошь, которую могут себе позволить не только счастливые обладатели современных апартаментов, но и владельцы квартир в старых доходных домах начала прошлого века. Архитектор Андрей Владимирович Боков—один из них. Он живёт в доме на Патриарших прудах, построенном в 1904 году. В его квартире с мансардой существуют два уровня, поделенные по функциональному значению. На первом располагаются жилые комнаты, в которых любовно и с большим вкусом воссоздана классика: прекрасный дубовый паркет «ёлочкой», тонко проработанные потолочные карнизы и лепнина, мебель из карельской берёзы и обязательный для того времени камин, который, правда, выложен в форме русской печки. На втором находится мастерская, с кирпичными стенами и деревянными полами.

Парадная анфилада комнат первого уровня сменяется приватной зоной, где и находится ванная. Поистине гедонистический подход определил стилистику помещения—это не просто большой санузел, но целая туалетная комната, причём явно дамская. Ампирная кушетка, старинный туалетный столик с мягким креслом красноречиво свидетельствуют о том, что здесь можно не только привести себя в порядок, но и прекрасно отдохнуть и расслабиться. Чем не будуар при хозяйской спальне? Это впечатление усиливает выбор отделочных материалов и декоративных элементов: на полу лежит паркет, на окнах—шторы с изящными прихватами, а освещает всё старинная хрустальная люстра. Архитектор намеренно ушёл от чрезмерной функциональности, превратив ванную в жилую комнату, что соответствует духу интерьера конца XIX века. О прямом назначении помещения напоминают лишь умывальники у стены. Их выбор—не вынужденная необходимость, а провокация. Современная сантехника вносит в спокойный интерьер некоторый диссонанс, в то же время становится менее утилитарной и более декоративной.

СПАЛЬНЯ

Что может быть лучше, чем спальня в мансарде, под крышей дома, откуда открывается прекрасный вид на Москву? Хозяин квартиры—владелец крупной строительный компании сразу выбрал двухэтажную квартиру на последнем этаже. И нисколько не сомневался, что на первом будет гостевая зона, а на втором—приватная. Спальня устроена под двускатной крышей в мансарде, что придаёт ей особый уют и очарование.

Простор и покой—такими словами можно охарактеризовать этот интерьер площадью 230 квадратных метров. В большой квартире все пропорции точно выверены, а линии почти идеальны. Чистое, светлое пространство действует умиротворяюще. Здесь нет ничего лишнего—только самые необходимые предметы. Хозяин не только страстный коллекционер, но и вдобавок большой поклонник творчества знаменитого французского дизайнера Филиппа Старка. Так что в квартире, помимо прекрасного собрания китайского стекла XVIII века и редких старинных книг, мебель Старка. А лучшим фоном для неё могут служить светлые стены и простые пропорции. Спальня же—квинтэссенция чистоты, в ней всё белое: и кровать, и мягкий, пушистый ковёр, и крашеные доски, которыми выложен пол, и прикроватные столики. «Я мечтал именно о таком светлом пространстве, в котором сознание отдыхает и освобождается от потока информации, а пейзаж из окна вдохновляет на спокойное созерцание»,—признаётся хозяин дома.

Не обошлось здесь без некоторых декоративных изысков: в потолке над кроватью сделаны глубокие кессоны, из-за них вечером на пол ложатся красивые тени. А благодаря большому полукруглому окну в стене и двум прямоугольным окнам на потолке комната целый день залита светом, что делает её ещё более чистой.

ПОГРЕБ

Хотя кому-то может показаться, что увлечение «жилыми пещерами» в третьем тысячелетии сродни возвращению в каменный век, роскошные подземные залы, которые строит компания Bacchus Caves, разубедят даже самых непреклонных скептиков. С 1997 года владелец Bacchus Caves Дэвид Провост оборудует в толще гор винные погреба, гаражи, комнаты отдыха и даже домашние кинотеатры. «Большинство людей ошибочно полагает, что под землёй есть место только для погреба, однако на самом деле здесь открываются поистине безграничные возможности,—утверждает Провост.—Разве не здорово пригласить друзей в собственную пещеру, где можно посмотреть футбол на большом экране и с комфортом выпить пива?»

Площадь главного зала, представленного на фото подземного комплекса в долине Напа, 102 квадратных метра. «Хозяева используют пещеру, как им вздумается: для них это и столовая, и кинозал, и даже галерея, где можно устроить выставку фотографий»,—рассказывает Дэвид. К главному залу примыкает меньшая по размерам комната для дегустации вин, с раковиной, хранилищем бутылок и холодильником. Пол и лестницы подземелья выложены камнем, добытым при проходке тоннеля. Как и в большинстве пещер от Bacchus Caves, стены покрыты специальной устойчивой штукатуркой нейтрального цвета, которая практически не требует ухода.

«Многие наши клиенты стремятся увеличить полезную площадь своего жилища, но не хотят возводить на участке дополнительные строения, чтобы не загораживать себе вид на окружающие красоты,—объясняет Провост.—Пещера в подобных случаях—оптимальное решение, ведь возможности дизайнера ограничены только толщиной кошелька заказчика». Пещеры обычно роют на глубине около 12 метров. Готовую полость проходчики тут же заливают слоем торкрет-бетона и принимают дополнительные меры по укреплению сводов, прежде чем монтировать электропроводку и канализацию. Пока ещё не попадалась гора, в которой Дэвид Провост не мог бы построить пещеру XXI века. Все его проекты успешно осуществлялись. «Как видите, мы не боимся трудностей,—добавляет он,—и только рады сложным заказам». www.bacchuscaves.net

СПОРТИВНЫЙ ЗАЛ

Дизайн представленного на фото спортзала с его обитыми бледно-зелёной замшей стенами, колоннами из нержавеющей стали и тёмными полами из ореха полностью гармонирует с модернистским антуражем холостяцкой «берлоги», расположенной в городе Белэр, Калифорния. Более того, все гантели, штанги, подставки для дисков и сделанные на заказ тренажёры не просто выполнены в едином стиле (коричневое покрытие металлических деталей сочетается с итальянской кожей обивки), но и подогнаны под телосложение хозяина. «По сути, я снимаю мерку со своих клиентов, как настоящий портной,—рассказывает дизайнер проекта и консультант по фитнесу Марк Харигиан.—Оборудование должно в точности соответствовать биомеханическим параметрам владельца». Разновесы, гири и детали тренажёров изготавливаются из высококачественной стали в собственной мастерской Харигиана.

Марк не ограничивается усовершенствованием спортивных залов и улучшением физической формы людей. Его главная задача—изменить отношение клиента к занятиям. «Если инвентарь идеально отвечает вашим вкусам и соответствует телосложению, вы будете проводить в спортзале больше времени,—объясняет Харигиан.—И фитнес из тяжёлого труда превратится в интересное дело. Если вы хотите жить лучше—а кто не хочет?—сделайте физические упражнения самым захватывающим событием дня».

Работая над созданием «идеальной среды для занятий спортом» (а именно так дизайнер предпочитает именовать плоды своего творчества, цены на которые начинаются со $100 000), Марк проводит с клиентом несколько дней, желая понять, какие упражнения и виды деятельности тот предпочитает. Любителю побегать трусцой он установит в зале плоский телеэкран, на котором можно будет увидеть оптимальный маршрут вечерней пробежки; завзятый скалолаз получит персональную отвесную скалу, которую можно будет покорить, не выходя из дома; а если вы не прочь сплавиться на плоту по бурной реке, то у вас появится специальный бассейн, имитирующий быстрое течение со множеством опасных поворотов. «В данном случае пожелания клиента было совсем не сложно удовлетворить,—говорит Харигиан о калифорнийском холостяке, заказавшем этот проект.—Ему требовалось пространство для занятий фитнесом, которое бы соответствовало общему стилю его жилища. В конце концов, если вы построили себе неординарный дом, то разве вас удовлетворит стандартный спортзал?» www.harigianfitness.com

ГАРАЖ

Гай Дрейер—архитектор, который специализируется на жилых домах и зачастую в дополнение к самой постройке разрабатывает ландшафт и интерьер. Однажды к нему за помощью обратился человек, у которого работа съедала всё свободное время. «Мой клиент только и делал, что трудился. Даже в загородном особняке он не вылезал из кабинета,—говорит Дрейер.—Но он обожает свою коллекцию автомобилей, поэтому хотел, чтобы можно было на неё смотреть, не выходя из-за рабочего стола».

Клиенту-трудоголику Дрейер предложил простое, но оригинальное решение. Потолок в той секции огромного гаража (всего около 750 квадратных метров), которая располагалась как раз под кабинетом, он сделал из двухслойного стекла; таким образом, в кабинете получился прозрачный пол, через который клиент смог любоваться на свои ретро-автомобили прямо за работой.

Интерьер офиса Дрейер задумал в спокойном и даже аскетическом духе, гармонирующем с общей сдержанной атмосферой дома, расположенного, кстати, в городке миллионеров Индиан-Уэллсе (Южная Калифорния), в квартале Винтаж-Клаб. «В офисе ничто не отвлекает внимание от машин,—рассказывает Дрейер.—Вся оргтехника спрятана в стенном шкафу позади стола, а обивка мебели выдержана в светло-бежевых тонах. Пол в гараже вымощен наполовину светлой плиткой, наполовину чёрным гранитом с золотыми прожилками, так что, когда смотришь сверху, он поблескивает и удачно подчёркивает красоту машин».

Стеклянный пол, прочный настолько, что по нему спокойно может проехать автомобиль, состоит из несущей основы и декоративного слоя, который легко заменить, если он поцарапался или треснул. В гараже хозяин держит 25 машин, причём между этой коллекцией и основной, в лос-анджелесском доме владельца, идёт регулярный обмен. www. vintageclubsales.com

ЛАНДШАФТ

Пляжи, горы и открытые пространства Малибу привлекают людей, которые хотят жить поближе к Лос-Анджелесу, но всё же не в самом мегаполисе. Однако даже в райском саду нашёлся свой змей. К недостаткам Малибу можно отнести оползни и лесные пожары. «На моём участке площадью 21 акр много воды, и все здания сделаны из бетона»,—говорит Дуглас Буш, архитектор и фотограф, построивший дом своей мечты на вершине одного из здешних холмов. При этом он учёл не только топографические особенности местности, но и вероятность стихийного бедствия.

Каждое из трёх строений на его участке имеет собственный резервуар на случай пожара. К главному дому примыкает открытый бассейн с морской водой на 110 000 галлонов, а здание фотостудии окружают два искусственных пруда на 40 000 галлонов с живыми карпами и водопад. «Вода выполняет не только декоративную, но и защитную функцию»,—объясняет Буш.

С 70-х годов Буш путешествует по миру, фотографируя замки и сады для книг и галерей. В настоящее время выставка его работ проходит в Германии. Ещё одна выставка, с фотографиями замков, откроется в сентябре. «На самом деле мне больше нравится смотреть на горы, чем на океан»,—комментирует Буш своё решение развернуть основной бассейн в сторону леса. «С другой стороны,—добавляет он,—от вида на Тихий океан тоже отказываться не хотелось». Водопад низвергается с крыши второго этажа на другую крышу уровнем ниже, образуя искусственный водоём, в центре которого возведена бетонная площадка, соединённая с бортиком «дорожкой» из квадратных плит. Это водная гладь (см. фото), на которую открывается вид из гостиной, зрительно соединяет современный фасад здания с береговой линией у основания холма.

Ещё одна открытая зона поместья предназначена для развлечений. «Посетив Лотуслэнд в Санта-Барбаре, я решил соорудить для гостей небольшой амфитеатр,—говорит Буш,—и перенаправил перспективу в сторону сцены под влиянием увиденных в Риме садов Борджиа, где пространство как бы смещено внутрь». Все эти постройки занимают лишь 3 акра из 21, поэтому у Буша с супругой остаётся достаточно места для охотничьей тропы и сада. www.superlarge.com