Когда природа зовет

Ulusaba считается одним из лучших сафари-отелей в Африке и, безусловно, самым примечательным в ЮАР. Иначе, собственно, и не могло быть: Ulusaba входит в цепочку Limited Edition, создатель которой, сэр Ричард Брэнсон, знает об успехе практически все. Имя владельца Virgin магнитом притягивает сюда, в Южную Африку, богатых и знаменитых—и тех, кто с ними заодно, разумеется. Сам Брэнсон, много вкусивший от пороков семидесятых, ведёт теперь тишайшую семейную жизнь в георгианском таунхаусе в Ноттинг Хилле и даже официальных гостей принимает здесь, не отходя, так сказать, от домашнего очага, протапливаемого газом: эту роскошь миллиардер уже может себе позволить. Ulusaba для Брэнсона—тоже своего рода роскошь. В любом случае, это не бизнес в том смысле, в каком бизнес—сеть магазинов Virgin Megastore или авиакомпания Virgin Atlantic, на рейс которой даже в несезон не пробьёшься. Брэнсон, тридцать лет осваивавший бизнес для миллионов, в Limited Edition обратился к единицам. И смотрит сейчас, что из этого получится. В Улусабу он наведывается три-четыре раза в год и, по словам служащих отеля, являет собой пример скромности и бескомпромиссности: если лучший номер свободен, Брэнсон останавливается в нём, если же занят клиентами, то остаётся ночевать в служебном помещении—по-простецки, как и положено «птенцу» семидесятых.

Возможно, именно здесь, под убаюкивающие звуки южноафриканской саванны, накрывшись пледиком, Ричард Брэнсон придумал свой новый проект—регулярные, как автобусное движение в Лондоне, полёты в космос. «Частные лица из разных стран должны иметь возможность взглянуть на нашу планету из космоса»,—считает владелец «Девственницы». Тем, кто решительно соберётся в эту поездку, рекомендуем всё-таки для начала заглянуть в Улусабу: ей богу, кажется, здесь деньги можно потратить даже с большей пользой.

Улусаба (русскому уху слышится в этом названии «улыбка» и «усадьба"—и в данном случае это фонетическое совпадение вполне уместно) расположена на границе сафари-парка Sabi Sand и Национального парка Крюгер. Долина обильно поросла кустарником, который, по правде сказать, больше похож на лес. Меж тем кустарник по‑английски будет «буш» (bush), поэтому местные так и говорят: поедем в буш. И мы так станем говорить, хотя точнее было бы—в «саванну».

Американцы (которых среди гостей Улусабы большинство, а после 11 сентября стало ещё больше), англичане и французы приезжают сюда с целями естествознания: они подробно, с неподдельным интересом, как в секции юного натуралиста, изучают местный животный мир—и получают от этого несказанное удовольствие. Такой коллективный Николай Дроздов. Посмотреть здесь есть на что: зебры, жирафы (вот кто настоящий царь зверей!), львы, носороги, гиппопотамы, крокодилы, шакалы, антилопы в промышленных количествах, слоны, леопарды… и так вплоть до крошечных хамелеонов, которых опытный рейнджер в темноте различает на расстоянии тридцати метров.

День у естествоиспытателей строится следующим образом. 05.00—подъём. 05.15—чай и лёгкий завтрак на террасе. 05.30—выезд на утреннее сафари. 09.00—возвращение в гостиницу, завтрак. 10.00—свободное время (может быть потрачено на спа-процедуры или на прогулку по бушу с вооруженным рейнджером в поисках новых животных и насекомых). 13.30—обед. 16.00—"файф-о-клок ти». 16.30—отъезд на вечернее сафари. 20.00—ужин. 23.00—отход ко сну.

Эта программа бесконечно прекрасна, если пребывание в Улусабе—лишь часть продолжительного южноафриканского турне и за спиной нет утомительного перелёта из Москвы в Лондон и куда более утомительного из Лондона в Йоханнесбург, а потом того же самого, но в обратную сторону. Животные, как это ни прискорбно, одни на всех—и Sir Richard Branson’s Private Game Reserve, этот отель-поместье уникален не ими. Сотни так называемых «сафари-лоджей» разбросаны по Саби Сэнд и Крюгеру. У них такие же прекрасные в своей простоте «ленд-роверы» и такие же знающие «рейнджеры», и удивительно красивое южноафриканское солнце восходит и садится для них тоже.

Но мы едем к Брэнсону. Потому что он и его команда умеют создать видимость, что оно восходит и заходит исключительно для нас. А иначе и быть не может. Ощущение чего-то совершенно эксклюзивного появляется, пожалуй, когда в Улусабе мы выгружаемся из двадцатиместного самолета Federal Air и рассаживаемся в четырёхместные. За десять минут полёта успеваешь вздрогнуть пару раз от предчувствия воздушной ямы и как-то глобально восхититься красотой пейзажа—бескрайнее изумрудное море с редкими холмами и частыми озёрами, к которым, как потом выяснится, нельзя даже приблизиться без риска быть съеденным крокодилом. Взлётная полоса (для нас она пока—посадочная)—в буквальном смысле полоска асфальта среди буша, и главная задача пилота—внимательно рассмотреть, не идёт ли по ней слон или какое другое крупное животное.

Пока из самолёта перегружают в «ленд-роверы» багаж, по преимуществу состоящий из чемоданов с хорошо узнаваемым логотипом LV, «заезд» отпаивают «Вдовой Клико» в павильоне с открытой верандой. Любознательная англичанка аж бедная перегнулась, чтобы увидеть змею, которая, по её мнению, обязательно должна здесь быть. Змея будет, но в последний день—когда Louis Vuitton будет проделывать обратный путь, и англичанка еще успеет картинно вскрикнуть, желая обратить на себя внимания неженатой общественности. Отметим попутно, что несмотря на действительное обилие змей и угрозу заражения малярией, ни укусов, ни заражений в Улусабе отмечено не было. Хотя сэр Ричард Брэнсон и рекомендует предохраняться путем прививки.

Sir Richard Branson’s Private Game Reserve состоит из двух «лоджей»: нижняя, средь долины ровныя, называется Safari, верхняя, на горе—Rock Lodge. Слово «улусаба» не местном наречии означает «место без страха». Страха не было, потому что представители племени шангаан, обитавшего здесь, наблюдали за окрестностями с этой самой горы: дескать, высоко сижу, далеко гляжу. Сейчас с неё наблюдают исключительно за купанием носорогов и гиппопотамов. В телескоп.

Большой ошибкой со стороны потенциального туриста было бы остановиться в одной только «лодже». Safari Lodge хороша тем, что животных можно наблюдать прямо из ванной комнаты: они приходят к речке, протекающей вдоль отеля, на водопой. Ночью особо чувствительные натуры слышат душераздирающие крики. Обычное дело: кто-то кого-то порвал прямо у крыши дома твоего. В Rock Lodge крики не слышны, и шорохи в саду—тоже. Здесь находятся «улусабовское» СПА и два самых дорогих номера в комплексе—сьюты Makwela. «Номер», впрочем, не вполне точное слово. Скорее можно говорить о «доме». На самом деле не только Makwela, все номера в Улусабе—отдельно стоящие здания, оформленные в деревянном африканском стиле, гигантских размеров, с «колониальной» мебелью и великолепным видом из окон.

В нижней части гостиницы, в Safari Lodge, особых рекомендаций заслуживают три сьюта River. Чтобы дойти до них, скажем, от бара, необходимо пройти по раскачивающемуся верёвочному мосту, по которому прыгает много диких обезьян. Дирекция гостиницы, очевидно, беспокоится, что обезьяны могут спутать постояльцев с Маугли и унести состоятельного, в общем, человека, в буш, а потому в вечернее и ночное время выделяет путникам провожатого с фонарём: чтобы отбил, коснись что.

Сьюты Makwela интерьером и «начинкой» несколько выбиваются из общего «улусабовского» настроения: они напичканы самой современной техникой, в том числе—компьютером с доступом в Интернет. Подчас даже в Южной Африке бывает трудно совладать с желанием проверить почту: а ведь не всегда информация, полученная из родного далека, входит в гармонию с ощущениями счастливого отпускника. Наличие компьютера, однако, можно легко простить, если вспомнить, что в Makwel-сьютах есть бассейн, в который, вооружившись бутылкой «Вдовы Клико», так славно нырнуть в погожий зимний денёк (зима в ЮАР совпадает с нашим летом). Если пользоваться терминологией туроператоров, получится, что брэнсоновская Улусаба—один из самых дорогих «олл инклюзивов» в мире. В цену номера здесь включено практически всё: еда, напитки, сафари два раза в день, романтическое выпивание под закатное солнышко на берегу реки, встречи-проводы, пользование бассейном, тренажёрным залом и проч. и проч. Известная традиция заставляет ещё раз подчеркнуть, что понятие «напитки» в Улусабе подразумевает любимую россиянами «Вдову», коньяки Х.О., виски невероятной выдержки и крепости духа и замечательные южноафриканские вина (особенно хорошо белое, бокал с которым благоухает, как целая корзина экзотических фруктов). До лондонского офиса Limited Edition уже долетела крылатая фраза, сказанная девушкой с рисэпшн Safari Lodge по поводу одной русскоязычной компании, отдыхавшей в отеле: «Я никогда ещё не видела, чтобы шампанское пили вместо воды». Очевидцы утверждают, что сказано это было с абсолютным восхищением. Ну какой тут космос, а?..

Редакция благодарит агентство «Грёзы» за организацию поездки.