Представьте, что возвращаетесь домой после отдыха за городом. Ставите на подзарядку свою «теслу» (каждое парковочное место в вашем жилом комплексе оборудовано розеткой) или паркуете одну из каршеринговых машин, закреплённых за жильцами вашего дома. Проходите мимо 6-метровых деревьев в зимнем саду и 7-этажной живой зелёной стены (они дополняют систему фильтрации воздуха в здании). Раздумывая, не окунуться ли в бассейн с морской водой, заходите в квартиру и застаёте там роскошный закат. Окна с повышенной теплоизоляцией так хорошо пропускают свет (всё благодаря низкому уровню примеси железа в кварце), что исчезает необходимость искусственного освещения в течение дня. В рамках безотходной программы, которой придерживается ваше здание, мусорных баков здесь меньше, чем ящиков для компоста и контейнеров для раздельного сбора вторсырья — от старой одежды до электроники. Когда вы въехали сюда, экогрузчики перевезли ваши вещи в многоразовых контейнерах.

Эта утопическая картина — отнюдь не плод фантазий какого-нибудь старшекурсника архитектурного института, а жилой комплекс, недавно открытый на Брум-стрит в нью-йоркском Сохо по проекту Ренцо Пьяно девелоперской компанией Bizzi & Partners. Такой передовой подход к дизайну городского жилья обеспечивает премиальный уровень комфорта, который минимально сказывается на природе.

Новое поколение отказывается от пожирающих топливо частных самолётов и прочих прелестей жизни с высоким октановым числом, поэтому вопросы экологичности всё больше влияют на развитие люкса. У людей, желающих делать более ответственный выбор, появляется всё больше альтернатив. Корабли, не встающие на якорь, чтобы не повредить морское дно; китайские города, где мусор перемещается по пневматическим мусоропроводам вместо мусоровозов; дизайнерская одежда из переработанных и возобновляемых материалов — таких примеров всё больше, так как потребители люксового сегмента формируют запрос на подобные нововведения.

«С этого начинается разговор со всеми нашими клиентами, ведь они в курсе, что их клиенты, в свою очередь, потребуют нечто подобное», — делится опытом Джон Брикер, креативный директор одного из крупнейших архитектурных бюро мира Gensler. Он подчёркивает, что такие софт-факторы, как эмоциональный отклик и чувство причастности к благому делу, играют всё более важную роль по сравнению с объективными условиями, например ценой. «Миллениалы принимают решения на основе эмоциональной составляющей. Здесь можно сыграть на их увлечениях».

Эти тренды позволяют предположить, что роскошная жизнь будущего будет выглядеть и ощущаться по‑другому на всех уровнях, от функцио-нирования бытовых служб до самой материи, которую мы осязаем и которой дышим.

В городах станет тише, по мере того как двигатели внутреннего сгорания уступят место электрическим, а грузовики исчезнут с улиц, так как их заменят более эффективные технологические решения. Соосновательница нью-йоркской консалтинговой компании в сфере минимизации отходов Сара Кёри-Хэлперн предполагает, что в будущем практически не останется мусоровозов. По её мнению, органические отходы будут сжиживаться на месте и использоваться для получения энергии для обогрева зданий.

Возобновляемая энергия станет обыденным явлением в каждом доме. Генеральный директор Bizzi & Partners Алессандро Паллаоро предполагает, что в будущем крыши займут ветряные установки, а в стены вмонтируют аккумуляторы, накапливающие энергию от солнечных батарей. Зелёные газоны (их поддержание оставляет существенный углеродный след) станут редким явлением, особенно в засушливых районах.

Информация о происхождении материалов и энергозатратах при их производстве станет более прозрачной. Сертифицирование в сфере устойчивого строительства, которое уже сейчас проводит Международный институт жизни будущего (International Living Future Institute) в Сиэтле, потребует, чтобы здание было регенеративным, то есть чтобы его позитивное воздействие на окружающую среду перевешивало негативное. «Выкладывая круглую сумму за роскошный дом, вы получите всю информацию о том, каким образом он влияет на природу», — уверен директор по устойчивому развитию компании Gensler в Нью-Йорке Дэвид Брифел. Кроме того, дома и офисные здания, по его мнению, будут проектироваться с учётом неизбежных последствий глобального изменения климата — участившихся наводнений, пожаров и ураганов.

Архитектурная компания Gensler, поставившая перед собой цель в будущем делать все проекты с нулевым балансом потребления энергии и воды, наняла региональных директоров по устойчивому развитию по всему миру. Дэвид Брифел — специалист по перепрофилированию и аккредитованный дизайнер стандарта LEED (Leadership in Energy and Environmental Design). Обсуждая с клиентами архитектурный проект, он советует обратить внимание на традиционные технологии, такие как землебитное строительство или продуваемые внутренние дворы. «Мне очень сложно отделять хороший дизайн от экологического, потому что в хорошем дизайне учитываются все аспекты», — поясняет Брифел.

Модная индустрия в целом, может, и отстаёт, но у неё появился пример для подражания — Стелла Маккартни, заложившая принципы устойчивого развития в основу одноимённого бренда. Будучи вегетарианкой с многолетним стажем, она одной из первых отказалась от меха, кожи и перьев в коллекциях. На этом она не остановилась и теперь пытается найти применение новым материалам, например, искусственной коже Mylo, получаемой из грибов, продуктам переработки пластикового мусора, выловленного из океана, и даже манекенам, сделанным из производных сахарного тростника. «Мне интересно постоянно придумывать, как можно изменить вещи, которые кажутся давно устоявшимися, — замечает Стелла Маккартни, рассказывая о поиске веганской альтернативы шёлку и об искусственном мехе KOBA на растительной основе с добавлением переработанного полиэстера. — Я бы назвала себя скорее фермером, чем дизайнером одежды. В каком-то смысле мы тоже перерабатываем урожай».

Глава LVMH Бернар Арно назвал приверженность Маккартни устойчивому развитию причиной, по которой концерн решил инвестировать в её бренд летом 2019 года после разрыва дизайнера с конкурирующей корпорацией Kering. «Мы убеждены в большом долгосрочном потенциале её Дома», — делился планами Арно в июле, добавив, что экспертиза Маккартни в области устойчивого развития и этичности должна стать ориентиром для всего концерна LVMH.

По словам Маккартни, больше всего она гордится удачей в поиске экологичной вискозы — для производства этой ткани ежегодно вырубается порядка 150 миллионов деревьев. Вместе со своей командой она 3 года искала решение, пока не нашла лесное хозяйство в Швеции, управляемое по принципам устойчивого развития с полностью отслеживаемым процессом производства и сбыта.

Подобные проявления прогресса начали появляться уже давно. 14 лет назад бывший вице-президент США Альберт Гор выпустил знаковый документальный фильм «Неудобная правда» об опасностях глобального потепления. Возможно, лучше всего описывает современную философию осознанного потребления следующее высказывание: «Человека теперь судят не по поступкам, а по его имуществу. Но становится очевидным, что владение вещами и потребление не помогает нам обрести смысл жизни. Мы поняли, что загромождение жизни материальными благами не может заполнить ту экзистенциальную пустоту, которая появляется от отсутствия доверия или предназначения». Эти провидческие слова Джимми Картер произнёс в июле 1979 года после возвращения из загородной резиденции Кэмп-Дэвид, где он прочитал две прогрессивные для того времени книги, которые актуальны и сейчас, — «Культуру нарциссизма» историка Кристофера Лэша и «Малое прекрасно» экономиста Эрнста Шумахера. Сейчас их идеи воспринимаются как норма, точно так же как локаворская концепция «с фермы на стол», зародившаяся в среде хиппи.

Даже британская королева Елизавета в прошлом году приняла решение отказаться от заказа новой одежды и аксессуаров из натурального меха, последовав примеру Gucci, Prada, Michael Kors, Chanel и других модных Домов, не использующих мех животных.

Компании вроде Askov Finlayson тоже пытаются вывести свою формулу роскоши XXI века. В 2011 году Эрик и Эндрю Дейтоны, семье которых когда-то принадлежала сеть универмагов Dayton’s (сейчас она входит в Macy’s), основали бренд мужской одежды, успевший войти в списки лучших мужских марок Америки. Однако вскоре Дейтоны закрыли магазины, чтобы изменить концепцию, и прошлой осенью заново открылись как «первый климатически позитивный бренд верхней одежды». В их ассортименте всего четыре категории товаров — футболки трёх цветов и толстовка; бестселлеры марки — вязаные шапки (часть денег от их продажи идёт на кампанию по защите от изменений климата под девизом «Сохраним Север холодным») и зимние парки (по одной модели для мужчин и женщин).

Парки почти на 100% состоят из переработанных материалов: от утеплителя «Тинсулейт» компании и верхнего непромокаемого слоя из полиэстера до ярлыков и даже зубчиков на молниях. В разработке технических деталей принимал участие легендарный полярный исследователь Уилл Стигер, руководивший первой экспедицией к Северному полюсу на собачьих упряжках. В дизайне учтены и особенности цифровой эпохи: внутренний карман, сделанный по технологии «Режим офлайн», блокирует сигнал сотовой связи и Wi-Fi. «Это поможет покупателям Askov отключиться от сетей и полностью сосредоточиться на общении с друзьями и семьёй», — поясняет Эрик Дейтон.

«На каждом этапе производства мы ищем способы сократить вредное воздействие на окружающую среду», — рассказывает Дейтон о поиске завода, который будет использовать ткань на 97%, чтобы снизить количество отходов. Компания инвестирует в программы по сохранению климата, чтобы компенсировать «общественные издержки» от своего углеродного следа. Для их подсчёта берут стандарт, заданный администрацией Обамы, — $43 за тонну СO2 (это больше чем в 4 раза превышает подсчёты ООН по соглашению о компенсации выбросов углерода), затем сумму умножают на 110%, чтобы компания могла называть себя «климатически позитивной».

Концерн Kering обязался компенсировать негативное влияние своей деятельности, включая строительство из бетона и стали, путём финансирования экологических программ. Хорошая новость в том, что помимо таких зачётов, к вычислению которых много вопросов, возникает всё больше непосредственных решений проблемы, например, выпуск многослойных клеёных деревянных панелей. По сути это доски, склеенные вместе, чтобы получилось прочное полотно, которое может выдержать высотное строительство. Осталось дождаться их одобрения пожарными. «Дерево поглощает углерод в процессе роста, что прекрасно, ведь это возобновляемый ресурс», — говорит Крис Маквой, старший партнёр Steven Holl Architects, архитектурного бюро из Нью-Йорка, сосредоточенного на устойчивом дизайне. Компания часто использует геотермальные колодцы, чтобы экологично подогревать и охлаждать здания, среди которых арт-пространство REACH Центра Джона Кеннеди в Вашингтоне.

В проекте нового корпуса Kinder Building для Музея изящных искусств в Хьюстоне фасад из стеклянных труб диаметром 76 см, установленных примерно в метре от бетонной стены, образует охлаждающую полость и отводит жаркий воздух, защищая внутренние помещения от 65% солнечных лучей. На верхнем этаже матовый купол будет отфильтровывать лишнее солнце, одновременно пропуская достаточно света в галереи наверху (хотя без точечных светильников для подсветки экспонатов не обойтись). Утопленные в стену окна, крытые переходы между корпусами, естественное освещение и сквозная вентиляция — вещи не новые. «Многие из этих техник известны с древних времён, — замечает Маквой. — В 40-х и 50-х мы изобрели кондиционеры и стали крайне зависимы от них, а теперь пытаемся сойти с этого пути».

Забота об экологии дошла и до дизайна элитных интерьеров. Разрабатывая предметы мебели, Акилле Сальваньи старается не использовать синтетический клей, лак и сварку. Большинство предметов изготавливается в Риме, но иногда он переносит производство ближе к клиенту, используя тот же принцип локальных ресурсов, что и в гастрономии.

Путешествия на дальние расстояния — отдельная статья негативного влияния роскошного образа жизни на природу, ведь на туризм приходится примерно 8% от мировых выбросов парниковых газов. Авиация сильно усложняет ситуацию. Прошлым летом полёт на частном самолёте принца Гарри и Меган вызвал такое возмущение, что уже в сентябре Сассексы были вынуждены воспользоваться коммерческим рейсом. Вполне вероятно, что в будущем всё больше туристов, по крайней мере среди публичных людей, будут сталкиваться с похожим протестом.

«У меня противоречивое отношение к путешествиям», — размышляет Дэвид Брифел из Gensler, надеясь, что большее развитие получат локальные маршруты и путешествия к окрестным достопримечательностям, а не на другие континенты.

Однако даже экологически сознательная французская круизная компания Ponant, основанная в 1988 году командой моряков, активно расширяет маршруты по всему миру, захватывая уязвимые места планеты, от Арктики до Соломоновых островов, хотя и делает это более экологично. Экспедиционные суда класса люкс во флотилии Ponant классифицируются как «экологически чистые». Самая продвинутая модель ожидается в 2021 году: она будет перемещаться вдоль берегов за счёт электричества, а на длинных дистанциях благодаря сжиженному природному газу, для отходов будут использоваться бумажные мешки, а якоря заменят системы динамического позиционирования. Ponant сотрудничает с местными сообществами в тех местах, где пришвартовываются их корабли, чтобы минимизировать негативное воздействие и на суше. «Когда мы посещаем новые места и наслаждаемся местной природой, очень важно, чтобы окружающий мир менял нас, а не наоборот», — размышляет представитель Ponant Навин Сони.

В Африке туроператор Wilderness Safaris уже 36 лет управляет лагерями в Ботсване, Намибии, Замбии и Зимбабве. В 1985 году он начал устанавливать лагеря с пониженным негативным воздействием, а 10 лет назад запустил полномасштабную программу с целью сократить отходы и углеродные выбросы. Об этом рассказал Нил Мидлейн, групповой руководитель программы устойчивого развития из Южной Африки. Дизельные генераторы заменили на солнечные батареи, 18 лагерей на 100% обслуживаются солнечной энергией. Сточные воды очищаются наземными установками, которые используют систему на основе микроорганизмов, чтобы на выходе получить чистую воду и немного ила. Сюда едут не за гламуром, хотя такие сафари и отличаются превосходным уровнем сервиса. «Темой экологии должны озаботиться все компании, работающие в нашей сфере», — рассуждает Мидлейн.

Wilderness Safaris заменили пищевую плёнку из пластика на обёртки из пчелиного воска Buzz Wraps, предлагают гостям кофе в стаканчиках из кукурузного крахмала, сахарного тростника и растительных волокон, используют стеклянные бутылки для воды и разработали палаточные лагеря, которые можно установить и потом разобрать с минимальным воздействием на природу (площадка вернётся в первозданное состояние в течение трёх месяцев).

Лэнс Хоузи, эксперт LEED и один из главных идеологов устойчивого развития в компании Gensler, проводил исследования, как чувственное восприятие влияет на физическое и эмоциональное здоровье. В 2012 году он выпустил книгу The Shape of Green, где показывает связь между архитектурой, экологией и красотой. Вопреки стереотипам, Хоу-зи предположил, что экологичный образ жизни воспринимается не как лишения, а наоборот, как высшее проявление роскоши — «удовольствие без чувства вины». «Существует ложное убеждение, что ради экологичности надо чем-то жертвовать, — объясняет он Robb Report, замечая, что «зелёный» образ жизни может привлекать хотя бы ощущением собственной правоты. — Дело не в энергосберегающих или биоразлагаемых свойствах материалов, а в любви».

Статья «Соблюдая равновесие» опубликована в журнале «Robb Report» (№2, Март 2020).