Книгу Джули Каваны «Рудольф Нуреев. Жизнь» вы прочитали около двадцати лет назад, а вдохновлённый ею фильм «Белый ворон» появился только сейчас. Почему вы так долго ждали?
Когда Джули прислала мне почитать первые шесть глав своей книги, я толком не понял, зачем она это сделала. Да, я получил огромное удовольствие, но найти какое-то практическое применение этому сюжету тогда не смог: я не знаток балета, ничто во мне не располагает к тому, чтобы я сам создал образ Нуреева, а о режиссуре я в то время и не помышлял. Фигурально выражаясь, сложил свои впечатления в коробку и положил её на полку в своей голове. Заняться этой темой мне предложила продюсер Габи Тана, с которой мы вместе снимали «Кориолана» и «Невидимую женщину», и я с удовольствием откликнулся.

Как вы сформулировали задачу исполнителю главной роли, танцовщику Олегу Ивенко?
Когда я подбирал актёра на эту роль, то сразу начал искать своего Нуреева среди артистов балета. Если бы я отдал роль драматическому артисту, то пришлось бы привлекать многочисленных дублёров для разных частей тела. Кроме того, имя Олега Ивенко широкому кругу было неизвестно, что избавляло нас всех от прессинга, связанного с ожиданиями. Я искал актёра, который смог бы передать присущее Руди уникальное сочетание страстной и пылкой и в то же время скромной натуры, одержимость танцем и сценой, творческое нетерпение, надменность и ощущение избранности.

Какие грани личности Нуреева вы считали особенно важным подчеркнуть?
Я постоянно сталкиваюсь с тем, что, говоря о Руди, люди всё время скатываются в обсуждение его резких словесных выпадов, эгоизма, разнообразных издержек характера, беззастенчивой демонстрации своей гомосексуальности, всего того, что в представлении большинства людей «выходит за рамки». И забывают о том, что Нуреевым с раннего детства двигала неукротимая, безудержная страсть к сцене. Разве в отношении Руди к профессии можно найти хоть каплю эгоизма? В этом смысле на меня большое впечатление произвели мемуары Саймона Робинсона «Год с Нуреевым». Это воспоминания юноши, который год проработал у совершенно невыносимого человека, который ежеминутно менял свои решения, был беспомощен в бытовых вопросах и которому невозможно было угодить. И вот в какой-то момент уже упавший духом, измотанный молодой человек смотрит на Нуреева под другим углом: он понимает, что в его жизни абсолютно всё подчинено сцене. Только в танце и том, что с ним связано, для него состоит смысл жизни, а всё остальное — просто утомительный шум. Меня действительно растрогала эта книга, потому что это история принятия и прощения.

Почему вы решили сыграть роль Александра Ивановича Пушкина, преподавателя Нуреева?
Изначально я не собирался сам сниматься в этом фильме. Меня, можно сказать, сподвигли на этот шаг финансовые сложности, с которыми мы столкнулись при производстве картины: мы собирали на неё средства долго и трудно. На YouTube есть чудесный чёрно-белый документальный фильм о Пушкине, и я пересмотрел его огромное количество раз. Я волновался — и не только потому, что мне предстояло, пусть и не впервые в жизни, сыграть на русском языке, что очень трудно, если это не твой родной язык. Мой персонаж, о котором я расспрашивал очень многих его современников и бывших студентов, в том числе Михаила Барышникова, — человек на редкость деликатный, чувствительный, сердечный и всецело преданный балетному искусству. Это мужчина, обладающий чувством собственного достоинства, который живёт в своём мире, и его метод преподавания заключался в том, чтобы мягко направить ученика и подвести его к осознанию ошибки, а затем совместно её исправить. Очень мудрый подход, должен сказать.

Вы назвали свой фильм «Белый ворон». Знакомо ли вам лично это ощущение? Чувствовали ли вы себя аутсайдером?
Да, мне знакомо это чувство. Вспомнился один показательный случай: дело было в поезде, я ехал в школу, и мне было лет 13 или 14. Моим попутчикам показалось, что я типичная белая ворона, и они начали дружно и едко надо мной потешаться, намекая на недостаток мужественности, обзывая геем и недотёпой. Я занимался спортом, мне нравились девушки, и эти выпады были очень унизительными. В целом должен сказать, что я довольно часто чувствую себя одиночкой. Меня никогда не привлекали шумные компании, все эти походы по барам и на футбол. Я из тех, кто предпочтёт устроиться с книжкой на диване.

На дружеском показе в Angleterre Cinema ваш фильм демонстрируется в режиссёрской версии, так же как и во время российской премьеры и на пресс-показе картины. Однако в прокате оказалась версия с купюрами. Почему это произошло и как вы к этому отнеслись?
Конечно, я очень расстроен и разочарован. Вначале ничто не предвещало проблем, и дистрибьюторы фильма, компания Disney, были настроены оптимистично. Затем мне предложили вырезать постельную сцену с Тейа Кремке и кадры полностью обнажённого мужского тела. Меня при этом заверили, что сделать это следует не по цензурным, а по коммерческим соображениям, чтобы фильм можно было демонстрировать подросткам. При этом мне пообещали, что кинотеатрам предоставят возможность выбирать из двух версий — режиссёрской и той, что с купюрами. Как выяснилось, российские кинотеатры проголосовали за отредактированный вариант, и обычные зрители мою версию посмотреть не смогли. К сожалению, я не имел возможности повлиять на ситуацию, хотя не раз пытался это сделать. Надеюсь, что когда-нибудь хотя бы некоторые кинотеатры в России посчитают возможным и правильным показать и мою версию фильма.

Благодарим отель «Астория» за предоставленные фото