Можно ли обмануть ваш организм: обжорство с точки зрения ученого

Сегодня нас убивают не войны и эпидемии. Нас убивает жадный мозг, который требует съесть эклер и не пойти в спортзал. Человек замечательно приспособлен к дефициту калорий, но даже небольшой лишний вес резко увеличивает риск инфаркта, инсульта и диабета. Чем больше я узнаю о научных открытиях в области отношений между едой и мозгом, тем меньше вижу шансов в борьбе за счастливую жизнь. Нас окружают токсичные пустые калории, и большинство решений мозг принимает без нашего ведома.

Вот вам два кейса. Один про сладкую еду, другой — про жирную. Эрик Стайс, клинический психолог из Орегонского исследовательского института, провёл изящный эксперимент на эту тему. Школьников разной степени толщины поили шоколадным милкшейком. Попутно смотрели, как работает в мозге дофаминовая система награды, — при помощи функционального томографа FMRI. Оказалось, что те, у кого система награды меньше возбуждается от коктейля, выпивают его больше. Естественно, эти же товарищи набирали за год наблюдений больше веса. Им требовалось больше стимуляции, чтобы испытать радость, — и в этом корень зла. То есть еда работает, как и все наркотики, требуя большей дозы по мере привыкания.

В другом эксперименте Стайс сначала показывал людям милкшейк и смотрел, что происходит в мозге. А потом давал выпить — и тоже смотрел. Выяснилось: толстяки испытывали очень сильные ожидания, предвкушали сильнее, чем худые люди. А потом получали меньше радости — пока не набирали нужную дозу.

Получается, что толстяки любят еду, но любят слишком сильно, и эта любовь никак не может насытиться. «Я бы сравнил эту ситуацию с алкоголем, — сказал Эрик Стайс Robb Report. — Когда мы пьём, то тоже получаем дофаминовую стимуляцию. Но через несколько лет упорного пьянства у нас падает количество дофаминовых рецепторов в системе награды, и надо повышать дозу. Плюс генетически может быть заложено мало рецепторов — такие люди больше склонны к злоупотреблениям».

Главный вывод — не доводить дело до серьёзной химической зависимости, меньше есть сладкого. Начинающие толстеть люди вдруг обнаруживают ослабление дофаминовой радости от еды, отчего начинают больше есть — и попадают в порочный круг.

А вот кейс с жирной пищей говорит ещё об одной неприятной вещи: решение о переедании может принимать даже не голова, а живот.
Жирная пища — источник бесценных, а потому и вожделенных для дикого животного калорий. Но губительных для человека, живущего в условиях пищевого изобилия. Как работает животный инстинкт, у которого мы в плену? «Убили мамонта. Начали есть сало. Вкус — во рту. Информация об этом вкусе идёт в мозг. Дальше некая система включает обжорство в ответ на конкретный вкус», — объясняет профессор Даниэль Пиомелли из Университета Калифорнии (Ирвайн). Его исследование раскрывает работу причудливого механизма.

Получив информацию о вкусе жирного, наш мозг, вместо того чтобы просто велеть нам шевелить челюстями, посылает сигнал в тонкий кишечник — трубку, в которую пища попадает после желудка. Этот сигнал готовит кишку к всасыванию жиров. Ведь это самые трудные для абсорбции молекулы — процесс идёт долго, поэтому стоит подготовиться заранее. Получив такой сигнал от нервов, клетки выстилки тонкой кишки начинают выделять в межклеточное пространство эндоканнабиноиды — вещества, похожие на те, что есть в марихуане.

Хорошо известно, как эти вещества работают при синтезе в мозге: они участвуют в регуляции эмоций (оттого и радость при курении). А вот об их жизни вне мозга, тем более в таком неожиданном месте, как кишечник, у нас сведений крайне мало. Мы знаем только, что когда человек голоден, эндоканнабиноиды выделяются в кишке особенно интенсивно, а когда насыщается — их делается меньше. Впрочем, принцип их работы понятен.

В кишечнике есть рецепторы, к которым эндоканнабиноиды подходят как ключ к замку. Когда происходит «поворот ключа», запускается сигнал по нервным волокнам к мозгу — и вот тут-то и включается программа маниакального обжорства!

Зачем природе было городить такой огород? Казалось бы, попало в рот — сообщи об этом мозгу, получи в ответ дофаминовую радость и жуй себе: так обстоит дело с любой едой, кроме жирной. Но в случае с жирной происходит усиление вожделения сложным способом: попало в рот — сигнал в мозг — оттуда в кишку — оттуда обратно в мозг — и только тогда вожделение.

Вероятно, это наследство досталось нам от очень древних и примитивных организмов, у которых все решения принимала кишка; она «узнавала», что появилась ценная жирная подачка, и приказывала челюстям жевать. И у червей, например, нервные сплетения вокруг кишки действительно мощнее, чем в голове, — хотя нас сейчас куда больше интересует человек.

Регулярно мы читаем о попытках остановить смертельную эпидемию ожирения, которая угрожает нашей цивилизации, — как быть? Учёные успешно блокировали рецепторы в кишке при помощи специально подобранной молекулы, и крысы переставали жадно пить эмульсию кукурузного масла. Но пока что это сугубо экспериментальное вещество, и до его появления в аптеке — десятилетия.

И всё же мы уцелеем. Наделив нас жадным мозгом (и таким же кишечником), природа дала нам для выживания разум и волю. Учитель биологии из Айовы по имени Джон Чизна смог потерять 17 кг, три месяца питаясь только в «Макдоналдсе»: он просто старался есть не очень много, выбирать что-то наименее вредное и начал ходить пешком по 40 минут в день. Это ответ автору фильма Super Size Me Моргану Сперлоку, который набрал 16 кг за месяц, питаясь там же и каждый раз отвечая «да» на вопрос продавца, хочет ли он увеличенную порцию за небольшую доплату.

Со времени выхода Supersize Me прошло 12 лет, и мы многому научились, живя в опасном окружении избыточных калорий.

Текст: Илья Колмановский