Несравненная Коко Шанель: как ей удалось построить многомиллиардную империю Chanel и кардинально изменить моду

Габриэль Шанель родилась 19 августа 1883 года в Сомюре, городе на западе Франции, расположенном в долине Луары. Ее мать Жанна Деволь работала прачкой, отец Альбер Шанель был разъездным торговцем. Семья жила довольно бедно.

В 1895 году Жанны Деволь не стало. Одиннадцатилетнюю Габриэль Шанель и двух ее сестер отец отвез в Аубазин — бывшее цистерцианское аббатство, где монахини содержали приют для осиротевших и брошенных девочек. Оставив дочерей за монастырскими воротами, Альбер Шанель исчез из их жизни. В Аубазине Шанель научилась шить — чуть позже этот навык определил ее судьбу. Журналисты позднее искали в Аубазине прообразы будущего стиля Chanel: черно-белую палитру связывали с одеждой монахинь, лаконичные линии — с архитектурой аббатства, а переплетение двойной буквы C — с узорами монастырских витражей. Правда, прямых свидетельств этим версиям нет.

Шанель не любила говорить о детстве. Именно поэтому она подменяла правдивый рассказ легендой. По ее версии, отец отправился в Америку в надежде разбогатеть, оставив ее на попечение строгих родственниц. Иногда менялся и ее возраст. О приюте, бедности и исчезнувшем отце Шанель почти не упоминала.

После Аубазина Габриэль Шанель переехала в Мулен — небольшой город во Франции с крупным кавалерийским гарнизоном. Днем она работала в магазине белья и приданого, подгоняла одежду по фигуре и брала дополнительную работу у портного, который шил форму для военных. По вечерам ее можно было увидеть в кабаре La Rotonde.

Габриэль выходила на сцену в паузах между основными номерами. Ее репертуар состоял всего из нескольких песен, среди которых были Ko Ko Ri Ko и Qui qu’a vu Coco?. Последняя особенно нравилась офицерам: они просили девушку исполнить ее снова, выкрикивая из зала «Коко!». Так за начинающей певицей закрепилось имя, которое позднее появится на шляпных коробках, флаконах духов и фасадах бутиков по всему миру. Сама Шанель впоследствии уверяла, что Коко называл ее отец.

В поисках признания она пыталась продолжить сценическую карьеру в курортном Виши, где работали театры, концертные залы и казино. Однако прослушивания не принесли ей серьезных предложений, и Шанель вернулась в Мулен. Сцена осталась коротким эпизодом ее биографии.

В кругу офицеров она познакомилась с Этьеном Бальсаном — бывшим кавалеристом, увлеченным наездником и наследником текстильного состояния. Он пригласил ее в свое поместье Ройе неподалеку от Компьеня, города на севере Франции, в регионе О-де-Франс, примерно в 80 км к северо-востоку от Парижа. В 23 года Шанель покинула Мулен и оказалась среди владельцев скаковых лошадей, аристократов, актрис и состоятельных посетителей ипподромов.

В Ройе она научилась уверенно держаться в седле и начала одеваться совсем не так, как женщины из окружения Бальсана. Шанель носила мужские рубашки, галстуки, бриджи и аккуратные соломенные шляпы без обилия перьев и цветов. Знакомые стали просить сделать похожие модели для них. К 1909 году она уже принимала первые заказы на шляпы.

В Ройе жизнь вращалась вокруг конюшен, скачек и гостей Этьена Бальсана. Среди них был его друг Артур «Бой» Кейпел — английский предприниматель и увлеченный игрок в поло. Бальсан познакомил их в 1908 году. Шанель тогда оставалась его возлюбленной и жила в поместье Ройе, а Кейпел вскоре стал регулярно туда приезжать. Правда, отношения с предпринимателем быстро вышли за пределы мимолетного увлечения. Некоторое время оба мужчины одновременно присутствовали в ее жизни. Затем Шанель рассталась с Бальсаном, но бывшие возлюбленные сохранили дружеские отношения.

Артур Кейпел вырос в семье состоятельного судовладельца, получил образование в Англии, занимался бизнесом и входил в международный круг любителей поло. С ним Шанель познакомилась с английским образом жизни, который заметно отличался от нарочитой роскоши французских салонов. Ее привлекали одежда игроков в поло, жакеты для верховой езды, сапоги, свободные рубашки и твид. Шанель носила вещи, похожие на мужские, а затем переносила их удобство и строгость в собственные модели. Британский Vogue связывает влияние Кейпела с появлением в ее гардеробе английских спортивных мотивов.

Кейпел помог Шанель превратить работу модистки в самостоятельный бизнес. Поначалу она делала шляпы для женщин из окружения Бальсана. Клиентки охотно заказывали ее лаконичные модели, но для развития дела дизайнеру требовался собственный адрес в Париже. Предприниматель поддержал идею и вложил необходимый для открытия магазина капитал. Шанель с самого начала считала эти деньги долгом, а не подарком возлюбленного, и вернула всю сумму, как только бутик начал приносить прибыль.

Именно так в 1910 году, когда дизайнеру было 27 лет, в доме № 21 на улице Камбон открылась Chanel Modes. Магазин находился рядом с Вандомской площадью — центром парижской моды. Шляпы Шанель выглядели лаконичнее популярных тогда моделей с перьями, цветами и сложной отделкой. Их начали носить известные французские актрисы, фотографии появлялись в прессе, а название Chanel постепенно становилось знакомо парижским клиенткам.

В 1912 году Шанель открыла второй бутик в Довиле — курорте, где проводили лето состоятельные парижане. Деньги на довильский магазин также дал Кейпел.

В 1913 году Шанель расширила ассортимент довильского бутика. Дизайнер начала продавать свободные пуловеры, прямые жакеты, туники и юбки. Для них она выбрала джерси — мягкий трикотаж, который в начале XX века использовали преимущественно для мужского белья и спортивной формы. Поначалу джерси привлек Шанель прежде всего ценой: другие ткани обходились гораздо дороже. Но позже в работе обнаружились и другие преимущества. Дизайнер легко укладывала джерси мягкими складками: ткань повторяла движения тела, а модели сохраняли форму без жесткого внутреннего каркаса. Одежду из него можно было носить без корсета.

Начавшаяся в 1914 году Первая мировая война сделала такой гардероб особенно востребованным. Часть состоятельных парижан перебралась в курортные города, привычный уклад быстро менялся. Женщинам требовались вещи, в которых можно было ходить по городу, садиться в автомобиль и проводить день без постоянной помощи горничной. Платья со сложной отделкой, тугие корсеты и тяжелые шляпы для этой жизни уже не подходили.

Дизайнер создавала одежду, похожую на ту, которую носила сама. Вдохновением служили мужские рубашки, матросские свитеры и спортивная форма. Шанель предлагала носить пуловеры из джерси с поясом на бедрах, кроила жакеты так, чтобы они не сковывали плечи, и оставляла в юбках достаточно ширины для свободного шага. Рядом с нарядами других кутюрье эти вещи выглядели непривычно просто.

В 1915 году Шанель открыла первый кутюрный дом в Биаррице. В его мастерских трудились около 300 человек. К тому времени одежда Chanel уже вошла в курортный гардероб. В ноябре 1915 года газета New York Herald Tribune писала, что костюмы из шелкового джерси встречались в Довиле так часто, что стали почти обязательной униформой. Летом 1916-го Vogue отмечал стремительно растущий интерес к материалу. Ткань, еще недавно предназначавшаяся для белья, заняла место в дорогом женском гардеробе.

Шанель сама показывала, как носить ее модели. Она коротко стриглась, загорала, ездила верхом и появлялась на курортах в одежде собственного дизайна. Клиентки повторяли увиденный на ней образ — гардероб женщины, которая свободно двигалась и самостоятельно распоряжалась своим днем.

В возрасте 35 лет в 1918 году Шанель приобрела здание № 31 на улице Камбон и объединила под одной крышей бутик, салоны и мастерские. Здесь создавались коллекции, проходили примерки и показы, сюда приезжали клиентки. Над одеждой дизайнер работала прямо на манекенщице: укладывала ткань, закалывала ее булавками, меняла длину и проверяла посадку во время движения. Моделей просили пройтись по салону, поднять руку или сесть. Если платье мешало двигаться, его переделывали.

К тому времени роман Шанель и Кейпела длился почти десять лет. Пока она обустраивалась на улице Камбон, он планировал свадьбу с другой женщиной. В августе 1918 года предприниматель заключил брак с английской аристократкой Дианой Уиндем. Такой союз укреплял положение предпринимателя в британском высшем обществе, но одним расчетом его выбор не ограничивался: сохранившиеся письма Кейпела говорят о его искренних чувствах к женщине. Правда, он все же продолжил роман с Шанель.

Их история оборвалась в декабре 1919 года. Кейпел ехал из Парижа в Канны, когда на юге Франции автомобиль попал в аварию и погиб. Шанель настояла, чтобы друг Кейпела всю ночь вез ее к месту катастрофы. Для нее эта гибель означала потерю не только возлюбленного: он разделял ее жизнь, поддерживал первые шаги в бизнесе и наблюдал, как небольшой магазин шляп превращался в Дом моды. Шанель тяжело переживала утрату, но не остановила работу.

С конца 1910-х в коллекциях Chanel все чаще появлялся черный цвет. Раньше его связывали преимущественно с трауром, униформой прислуги и одеждой продавщиц. Шанель использовала черный в повседневном гардеробе и почти полностью убирала отделку, оставляя в центре внимания линию платья. Позднее возникла версия, будто маленькое черное платье было создано в память о Артуре Кейпеле, правда, подтверждений этому нет.

С начала 1920-х сдержанную одежду Шанель дополняла крупная бижутерия. В бутиках на улице Камбон продавали длинные ожерелья из искусственного жемчуга, массивные браслеты, броши, цветные камни и позолоченные цепи. Шанель предлагала носить несколько украшений одновременно и сочетать имитации с настоящими драгоценностями.

В октябре 1926 года в американском Vogue опубликовали модель Chanel из черного крепдешина, тонкой, но плотной шелковистой ткани с матовой шероховатой поверхностью. Простое дневное платье редакция журнала сравнила с автомобилем Ford — современной и понятной вещью, которой предстояло получить широкое распространение. Черные платья существовали и раньше, но модель Chanel помогла превратить их в универсальную часть гардероба. Днем платье можно было носить без украшений, а вечером дополнять перчатками, брошью или ожерельем. Уже началу 1930-х искусственный жемчуг уже стал одним из самых узнаваемых элементов стиля Chanel. Дизайнер не пыталась выдать бижутерию за настоящие драгоценности: ценность украшения определяли его форма и место в образе, а не стоимость материала.

В 1932 году 49-летняя Шанель представила Bijoux de Diamants в своей парижской резиденции — Hôtel de Rohan-Montbazon на престижной улице Фобур-Сент-Оноре. Особняк построили в 1719 году для герцогини де Роган-Монбазон. Его длинный сад выходил к авеню Габриэль, неподалеку от площади Согласия. Комнаты Шанель были обставлены коромандельскими ширмами, китайскими предметами, позолоченной мебелью и зеркалами. Здесь она устраивала ужины для Сергея Дягилева и его окружения. Среди этих интерьеров дизайнер показала более 45 украшений из платины и бриллиантов — свою единственную прижизненную коллекцию высокого ювелирного искусства.

В начале 1920-х годов, когда Шанель было около 37 лет, вокруг нее сложился круг художников, музыкантов и литераторов. В этот мир дизайнера ввела близкая подруга Мизия Серт — пианистка и хозяйка одного из самых известных парижских салонов. Через нее Шанель познакомилась с Сергеем Дягилевым, Жаном Кокто, Игорем Стравинским, Пабло Пикассо и другими представителями европейского авангарда.

В те же годы у Шанель был роман с великим князем Дмитрием Павловичем Романовым, жившим во Франции после революции. Благодаря ему в ее коллекциях появились русские мотивы: вышитые блузы, отделанные мехом накидки, византийские кресты и крупные цветные камни. Сестра Дмитрия Павловича, великая княгиня Мария Павловна, основала в Париже вышивальную мастерскую Kitmir, выполнявшую заказы для Дома Chanel. Чтобы ускорить работу, Шанель приобрела для ателье вышивальные машины.

Отношения с артистическим Парижем не ограничивались общением в салонах. Когда семья Стравинского оказалась в сложном финансовом положении, Шанель поселила композитора, его жену и детей на своей вилле Bel Respiro в пригороде Парижа и помогала ему деньгами. Для постановок Жана Кокто она создавала костюмы, в том числе для пьес «Антигона», «Орфей» и «Царь Эдип».

Шанель поддерживала и «Русские балеты» Сергея Дягилева. В 1924 году она создала костюмы для одноактного балета «Голубой экспресс». Для артистов Шанель подготовила купальные костюмы, свитеры и спортивные комплекты, напоминавшие одежду из ее курортных бутиков. На сцене она могла наблюдать, как модели выглядят в движении, — по тому же принципу дизайнер оценивала их во время примерок.

В 1923 году помощница Шанель Вера Бейт познакомила ее в Монте-Карло с Хью Гровенором, 2-м герцогом Вестминстерским. Он принадлежал к числу богатейших людей Европы и владел поместьями в Чешире и Шотландии, а также домом в лондонском Мейфэре. Вскоре знакомство переросло в роман.

Шанель проводила много времени в английских владениях Гровенора: охотилась, рыбачила, ездила верхом и принимала его гостей. Через герцога она познакомилась с Уинстоном Черчиллем.

Английская загородная жизнь повлияла и на ее работу: дизайнер носила твидовые пиджаки аристократа, начала сотрудничать с британскими производителями тканей и перенесла твид из мужского спортивного гардероба в женские коллекции. В 1927 году она открыла собственные салон и ателье в Мейфэре, районе в центре Лондона. Годом позже Шанель купила участок в коммуне Рокбрюн-Кап-Мартен на Лазурном берегу (недалеко от Монако и Ментона) и построила виллу Ла-Пауза, где принимала герцога, художников и близких друзей.

К концу 1920-х отношения утратили прежнюю близость. Гровенор хотел получить наследника: его единственный сын умер в детстве, а две дочери не могли унаследовать герцогский титул. Одновременно он увлекался другими, более молодыми женщинами. В феврале 1930 года герцог женился на 28-летней Лоэлии Понсонби. Этот брак окончательно завершил его десятилетний роман с Шанель, однако бывшие возлюбленные сохранили дружеские отношения и общались до смерти Гровенора в 1953 году.

К началу 1920-х Шанель уже одевала состоятельных клиенток по обе стороны Атлантики. Вскоре Шанель решила создать аромат под собственным именем. С Эрнестом Бо Шанель познакомил Дмитрий Павлович. Родившийся в Москве французский парфюмер прежде работал для компании, поставлявшей ароматы императорскому двору.

Бо подготовил десять образцов, обозначенных номерами. Шанель выбрала пятый и оставила ему рабочее название. Число пять она считала счастливым и связывала с датами собственных показов. В 1921 году аромат поступил в продажу как Chanel №5.

Для №5 Эрнест Бо соединил десятки натуральных и синтетических компонентов в сложную цветочную композицию. Ее центром он сделал жасмин и редкую майскую розу, добавил иланг-иланг, нероли и древесные ноты сандала. Альдегиды усилили цветочный букет и придали ему необычную свежесть: аромат не повторял запах одного конкретного цветка, а создавал абстрактную композицию.

Флакон выглядел столь же сдержанно, как одежда Chanel. Вместо цветного стекла, рельефных узоров и сложного декора появился прозрачный сосуд геометрической формы с белой этикеткой и черными буквами. На квадратной пробке первого флакона были выгравированы две переплетенные буквы C в круге. В 1924 году бутылка получила скошенные грани и восьмиугольную пробку.

Продажи парфюма быстро поставили перед Шанель новую задачу. Для массового производства требовались фабрики, сырье, капитал и международная сеть магазинов. В 1924 году владелец галереи Лафайет Теофиль Бадер познакомил ее с братьями Пьером и Полем Вертхаймерами, которым принадлежала косметическая компания Bourjois. Вместе партнеры создали Société des Parfums Chanel.

Условия распределения долей впоследствии стали причиной многолетнего конфликта. Вертхаймеры получили 70% компании, Теофиль Бадер — 20%, а сама Шанель — 10%. Она предоставила имя, образ и созданный вместе с Бо аромат. Братья финансировали производство, занимались управлением и выводили продукцию на зарубежные рынки.

Парфюм №5 продавали далеко за пределами салонов на улице Камбон, он приносил все больше денег, однако основные решения принимали Вертхаймеры. Шанель считала свою долю несправедливой и позднее пыталась пересмотреть договор через суд.

В феврале 1931 года по приглашению продюсера Сэмюэла Голдвина 47-летняя Шанель отправилась в Голливуд. Ей предстояло одевать актрис студии United Artists и создавать костюмы для съемок. Она работала над картинами «Сегодня вечером или никогда» с Глорией Свенсон и «У греков есть выражение» с Джоан Блонделл, Иной Клэр и Мэдж Эванс.

Шанель видела в кино возможность познакомить с современной модой миллионы зрительниц, никогда не бывавших на улице Камбон. Голливудское сотрудничество продлилось недолго, и после нескольких проектов она вернулась во Францию. Связи с миром искусства сохранились: в 1938 году Шанель более чем на полгода предоставила Сальвадору Дали виллу Ла-Пауза на Лазурном Берегу. Там художник готовил работы для выставки, которая прошла в Нью-Йорке в следующем году.

В сентябре 1939 года Шанель закрыла кутюрный дом и мастерские после начала Второй мировой войны. Из пяти зданий продолжал работать только бутик в доме № 31, где продавали аксессуары и парфюмерию. Сама дизайнер осталась в Париже и по-прежнему жила в отеле Ritz на Вандомской площади. Там 57-летняя дизайнер начала роман с бароном Гансом Гюнтером фон Динклаге, который был на 13 лет младше нее. Он прежде занимал должность пресс-атташе посольства Германии в Париже и работал на немецкую разведку. Пара не афишировала отношения.

После освобождения Парижа французские власти допросили Шанель, но не предъявили ей обвинений. Вскоре она уехала в Лозанну на юго-западе Швейцарии и еще несколько лет продолжала отношения с Динклаге. Ее кутюрные мастерские оставались закрыты, однако №5 продолжали продавать в Европе и США. За годы войны Вертхаймеры наладили американское производство и сохранили поставки жасмина и редкой майской розы из французского города Грасс. Вернувшись во Францию, семья восстановила контроль над Parfums Chanel.

Из Швейцарии Шанель возобновила борьбу за компанию. Она подавала иски против Вертхаймеров и пыталась выпустить собственные ароматы под маркой Mlle Chanel. Для братьев это создавало очевидную проблему: на флаконах их главного товара стояло имя женщины, которая публично оспаривала их права. Долгий судебный конфликт был опасен для обеих сторон. Дизайнер не располагала фабриками и международной системой продаж Вертхаймеров. Братья, в свою очередь, не могли отделить №5 от личности его создательницы. Любой скандал вокруг нее неизбежно затрагивал самый прибыльный продукт компании.

В 1947 году стороны согласовали новые условия, по которым Шанель получала 2% от мировых продаж парфюмерии Chanel, а семья продолжала оплачивать ее роскошный образ жизни. Вертхаймеры также обязались оплачивать ее личные расходы до конца жизни. По подсчетам Le Monde, одни только отчисления приносили ей около $1 млн в год — огромную сумму для послевоенного времени.

После смерти Поля Вертхаймера в 1948 году семейный бизнес возглавил Пьер Вертхаймер. Еще через шесть лет он выкупил доли Шанель в кутюрном доме и оплатил возобновление работы мастерских на улице Камбон. Он получил контроль над парфюмерным и модным направлениями Chanel. Дизайнер сохранила финансовую независимость и право создавать коллекции под собственным именем.

В доме № 31 на улице Камбон состоялся кутюрный показ 5 февраля 1954 года. Мастерские Chanel не выпускали коллекций 15 лет, а до 71-летия их основательницы оставалось несколько месяцев. Первой на подиум вышла модель в костюме из джерси — этот образ носил номер 5.

За время отсутствия Шанель французская мода успела измениться. В 1947 году Кристиан Диор представил New Look с узкой талией, жестким лифом и широкой юбкой. Его силуэт определял гардероб послевоенного десятилетия. Шанель вернулась с прямыми юбками, мягкими жакетами и одеждой, не требовавшей корсета. Французские критики увидели в коллекции повторение ее довоенных работ и встретили показ холодно.

Американская пресса отреагировала иначе. Редакторы Vogue и покупатели крупных универмагов оценили вещи, в которых можно было свободно двигаться, работать и путешествовать. Заказы из США помогли Дому пережить первые неудачные сезоны. Шанель продолжала дорабатывать коллекции, пока костюм не приобрел знакомую форму. Жакет напоминал вязаный кардиган: он мягко сидел на плечах и не сжимал корпус. Прямая юбка позволяла свободно ходить, а блузу часто шили из той же ткани, что и подкладку. По краям появилась тесьма, спереди — накладные карманы и золотистые пуговицы. В последующих версиях в нижний край жакета стали вшивать металлическую цепочку, благодаря которой легкая ткань сохраняла правильную линию.

В феврале 1955 года Шанель представила сумку 2.55, название которой указывало на месяц и год создания. Стеганый корпус дополняли цепочка с плоскими звеньями и поворотная застежка Mademoiselle. Сумку можно было повесить на плечо, освободив руки. Этот же принцип дизайнер уже несколько десятилетий применяла в одежде: вещь должна была следовать за движениями хозяйки и не требовать постоянного внимания.

В 1957 году появился еще один практичный предмет — двухцветные туфли с открытой пяткой, созданные вместе с обувным ателье Massaro. Бежевая часть зрительно продолжала линию ноги, черный мыс делал стопу короче, а эластичный ремешок удерживал обувь на пятке.

В том же году Шанель приехала в Даллас, где получила премию Neiman Marcus за вклад в моду. Американский рынок окончательно закрепил ее возвращение. К сентябрю 1964 года американский Vogue назвал костюм Chanel «самой красивой униформой в мире».

В 1970 году Дом представил аромат №19, созданный парфюмером Анри Робером. Название отсылало к дню рождения Шанель — 19 августа. Она по-прежнему ежедневно приезжала на улицу Камбон, проводила примерки и лично проверяла ткани, пуговицы и длину каждого изделия.

В начале января 1971 года Шанель готовила кутюрную коллекцию сезона весна-лето. До показа оставалось около двух недель. Сотрудники мастерских видели ее за работой еще 9 января. На следующий день, в воскресенье, Габриэль Шанель скончалась от сердечного приступа в своих апартаментах в Ritz. Ей было 87 лет.

Завершенную коллекцию показали 26 января. На подиум вышли 76 моделей, над которыми Шанель работала в последние недели жизни. Посмертный показ получил хорошие отзывы. Французская пресса, встретившая ее возвращение в 1954 году насмешками, на этот раз писала о точности пропорций и актуальности привычного силуэта Chanel.

Отпевание прошло в парижской церкви Мадлен. В первых рядах сидели модели Дома, среди гостей были Сальвадор Дали, Серж Лифарь и Ив Сен-Лоран. Шанель похоронили в Лозанне на кладбище Буа-де-Во. Ее могилу украшают пять львиных голов — знак зодиака основательницы и ее любимое число.

К этому времени компания с именем Chanel уже принадлежала семье Вертхаймер. После смерти основательницы коллекции несколько лет создавали ее ассистенты. В 1983 году художественным руководителем Дома стал Карл Лагерфельд. Он увеличил двойную букву C, перенес золотые цепи и жемчуг на одежду и начал свободно менять пропорции классического костюма. Лагерфельд возглавлял модное направление до своей смерти в 2019 году.

Сегодня Chanel остается частной компанией Алена и Жерара Вертхаймеров — внуков Пьера Вертхаймера. В 2025 году ее выручка достигла $19,3 млрд, операционная прибыль — $4,7 млрд.

В компании работали около 38 тысяч человек. В современный ассортимент по-прежнему входят изделия, появившиеся при Габриэль Шанель (и, к тому же, сохраняют свою актуальность): Парфюм №5, твидовый костюм, двухцветные туфли и стеганая сумка на цепочке.