Robb Report ноябрь 2016

СЧАСТЬЕ СНОВА НЕ В ДЕНЬГАХ

Представление о роскоши как о наборе «вечных ценностей" обычно маркирует мещанина, даже если он во дворянстве. Роскошь изменчива так же, как представления о сексуальности или здоровом питании. В 1990-х годах в США появились предтечи бобо — обладатели громадных состояний, ведущие образ жизни, напоминающий честную бедность (старая машина, приятное гуманитарное увлечение)… Но не потому, что скромность вошла в моду, а потому, что так им нравилось, и они, в общем, могли себе это позволить. А в независимой России в 1990-х маркером моды было вообще что угодно (мало кому известный чиновник ленинградского муниципалитета Путин щеголял, например, в кашемировом пальто на пару размеров больше), хотя временной ценностью стали 600-й «мерин» и возможность «кушать» в кооперативных ресторанах. Этого не могли позволить себе вчерашние потребители роскоши — номенклатура, донашивающая дублёнки и доживающая век в 12-этажках розового кирпича в районе улицы Алексея Толстого. А вожделеющие номенклатурных квартир не могли и представить, что вскоре по‑настоящему роскошным московским жильём станет клубный дом, славный не размером апартаментов и не местом (хотя и этим), а тем, что квартиру в нём нельзя прийти и купить. Потому что таков принцип клуба: деньги утрачивают силу, уступая место рекомендации. Собственно, это одно из свойств роскоши: обладание ею требует не только денег. Можно (за деньги) снять лучший отель на лучшем горнолыжном курорте (про это, как и про историю роскоши, как и про клубные дома, мы в этом номере пишем), но он обесценится неумением стоять на лыжах. Да и мальдивский рай тоже покажется адом, если отправиться туда в неподходящей компании. Зато английская еда, приготовленная со страстью и знанием дела, из аутсайдеров мирового кулинарного соревнования вполне может стать лидером… Уверены, что вам это свойство роскоши известно не понаслышке.


От редакции
27 октября 2016
  • Иллюстрация: Вадим Ильин
  • Иллюстрация на обложке: Евгения Баринова