Браслет Cartier 1930-х годов в апреле 2020-го ушел на Sotheby’s за $1,34 млн

О том, что делают сейчас в сфере арт-маркетинга крупнейшие аукционные дома, модная индустрия с их мультиками вместо показов и съемками на телефон может только мечтать. Скорости, с которой аукционный бизнес отреагировал на пандемию, от него ожидали в самую последнюю очередь.

Кривую изменений можно отслеживать по конкретным точкам. Когда весной 2020 года весь мир ушел на изоляцию и было непонятно, как долго она продлится, выросли продажи через онлайн-аукционы. Panic buying был замечен не только в супермаркетах: покупать антикварные и винтажные украшения за большие и малые деньги на цифровые аукционы пришло 40% новых клиентов, которые раньше не заходили в онлайн-шопинге дальше самых модных ботинок сезона на Farfetch.

В апреле 2020 года была зафиксирована самая дорогая онлайн-покупка — браслет Cartier 1930-х годов Tutti Frutti ушел на Sotheby's за 1,3 миллиона долларов. Потом Sotheby’s и Christie’s пустились в погоню друг за другом: «А у нас самый крупный бриллиант, который мы когда либо продавали онлайн!» — заявлял Christie’s о 28-каратном камне. «А мы выставляем на торги 100-каратник! — тут же отвечали в Sotheby’s. — И без резерва!»

«Даже в самых сложных условиях спрос на великое искусство сохраняется», − сказала глава аукционов Sotheby’s в Нью-Йорке Катарина Бекет после рекордной продажи браслета.

Погоня за «самым большим, дорогим, редким», кстати, сыграла с аукционами плохую шутку — уже осенью 2020 года продажи упали, и зимние аукционы прошли довольно вяло. Но этот почти олимпийский слоган быстро сменила новая модная гонка: кто диджитальнее?

В октябре 2020 года Christie’s продает первую арт-работу в формате NFT (невзаимозаменяемого токена) — в общем аукционе искусства участвует цифровая версия работы Block21 художника Роберта Элиса (продана за 131 250 долларов).

Block21 художника Роберта Элиса, первую работу в формате NFT, на Christie’s продали в октябре 2020 года

А в марте этого года Christie’s устраивает отдельный аукцион для цифровой работы, не существующей в аналоговом формате. Everydays: The First 5000 Days — это 5000 фотографий, сделанных с 1 мая 2007 года художником Beeple (настоящее имя Майкл Винкельманн), сценографом, работающим с Арианой Гранде, Ники Минаж, Джастином Бибером и другими артистами. Лот был продан за 69,3 миллиона долларов, при том, что торги стартовали с суммы в 100 долларов. Азартно, да? «Сегодняшний результат показал, что наша работа имеет значение для художников, которые работают в диджитал-формате», — так прокомментировал сделку глава отдела послевоенного и современного искусства аукционного дома Ной Дэвис.

Фрагмент цифровой работы Everydays: The First 5000 Days художника Beeple, проданной за $69,3 млн

В мае к цифровой гонке подключились соцсети, и тут отличился Sotheby’s, создав «маску» дополненной реальности с королевской тиарой, выставленной на торгах Magnificent Jewels в Женеве. В игре «Почувствуй себя принцессой» участвовало около 1400 аккаунтов, включая всех ведущих экспертов и редакторов, пишущих про украшения. Оказалось, что диснеевскую сказку можно воплотить очень простыми методами.

В июне Sotheby’s продал свой первый бриллиант за крипту (12,3 миллиона долларов). И тогда же запустил «новую локацию» — цифровую NFT-версию аукционного Дома на платформе виртуальной реальности Decentraland, управляемой Ethereum. Она представляла собой цифровую реплику штаб-квартиры аукционного дома на лондонской Бонд-Стрит. А уже в июле Sotheby’s Art Institute анонсирует короткий курс «Блокчейн в мире искусства» — неделя занятий за 595 фунтов стерлингов.

Анонимный покупатель купил бриллиант весом 101,38 карат за $12,3 млн, заплатив криптовалютой

И это при том, что еще осенью 2019 года в частной беседе глава аукционного дома сетовал на то, что все общение с покупателями пока проходит слишком традиционно — печатные каталоги, очные превью-показы, встречи один на один, в которых задействованы, как правило, сразу два сотрудника аукционного Дома.

Этот цифровой «движ» легко объясним — в марте 2020 года на аукционы пришло огромное количество миллениалов и более молодых покупателей, и аукционы всячески пытаются их удержать. Разговаривать с новым поколением надо на понятном ему языке, с использованием понятных инструментов.

Интересно, как развернется история с NFT и криптовалютами в отношении драгоценностей и украшений. Скорее всего цифровые валюты станут равноценным способом оплаты на торгах, и продажи за биткоины уже не будут поводом для пресс-релизов. Но вот появятся ли украшения в цифровом формате?

Цифровая мода пережила небольшой, почти незаметный всплеск в период пандемии, но массовым явлением не стала: все-таки создание настоящего хорошего цифрового наряда по времени и стоимости производства почти сравнимо с настоящим. С украшениями еще сложнее.

Во-первых, это полностью социальный конструкт: чтобы вы получали от них удовольствие, нужно, чтобы вас в них видели другие люди. И не только на картинке в соцсетях. Во‑вторых, чтобы создать хорошее цифровое украшение, нужно еще больше усилий, чем в случае с одеждой. В общем, посмотрим. На ноябрьских торгах Magnificent Jewels в Женеве, ни Christie’s, ни Sotheby’s NFT-украшения не выставляли.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

От герцогини Виндзорской до Лиз Тейлор: какие драгоценные подарки получали великие женщины

«Грязная герцогиня» Аргайл: британская аристократка любила драгоценности и секс-скандалы

Пицца, шампанское, Rolls-Royce, бриллианты. Бейонсе и Jay-Z в бесподобном ролике Tiffany

Хочешь следить за событиями в мире роскоши? Подписывайся на «Robb Report Россия» в Instagram, Telegram и Facebook.