Последние лет сорок история некогда знаменитой балерины Матильды Кшесинской мало кого интересовала. Хотя она умерла в начале 1970-х, немного не дожив до своего 100-летия, и написала подробные (местами даже слишком) мемуары. В СССР о ней вспоминали только в связи с её пресловутым петербургским-петроградским особняком на углу Кронверкского и Большой Дворянской — там весной и летом 1917-го размещался ЦК РСДРП (б), а с балкона вещал Владимир Ильич. Во Франции в 1930—1960-х её знали как престарелую учительницу танцев, жену, а затем вдову великого князя Андрея Владимировича Романова (были в Европе после революции великие князья и позаметнее).

Но вышедший на экраны в 2017 году фильм Алексея Учителя «Матильда» возродил интерес к самой, пожалуй, знаменитой даме русского полусвета 1890−1910-х годов. Оказалось, что она была не только содержанкой и морганатической женой членов царской семьи, но и женщиной практичной, деловитой, с неплохим вкусом (хотя и чрезмерно буржуазным) и большой любительницей драгоценностей.

Матильда (для семьи и близких знакомых — Маля) появилась на свет в балетной семье: её отцом был польский танцовщик, хореограф и педагог Феликс Кшесинский. Всех детей (у Кшесинского было два сына и две дочери, один из мальчиков умер ребёнком) Феликс сделал балетными артистами. Заниматься дети начали ещё дома: по воспоминаниям Матильды, отец всегда снимал большие удобные квартиры с отдельным залом для уроков танцев. Потом учились в Императорском театральном училище.

Весной 1890 года 17-летняя Маля с блеском закончила училище и в сезоне 1890−1891 годов дебютировала в Мариинском театре. По её воспоминаниям, подтвержденным архивными документами, именно после этого дебюта за ней начал ухаживать наследник российского престола Николай Романов. Разумеется, ничем серьёзным связь закончиться не могла, это понимали оба любовника, но Ники (так цесаревича называли друзья) был очень мил со своей подругой.

Так, он дарил ей дорогие подарки. Чаще всего это были драгоценности. Первым стал золотой браслет с сапфиром и бриллиантами с гравировкой даты начала романа (1892). Позже она получила к новоселью золотые чарки для водки с драгоценными камнями. Новоселье балерина отмечала в доме на Английском проспекте, тоже подаренном возлюбленным. Для интимных встреч летом 1893 года Николай снял Мале дачу.

Роман длился недолго: в 1894 наследник объявил о помолвке с Алисой Гессенской и прекратил отношения с Кшесинской, вверив её покровительству своего родственника — великого князя Сергея Михайловича. Тот начал с покупки для балерины «прелестной дачи» в Стрельне с садом и выходом к заливу. Матильда дорого обставила дом, позже устроила себе персональную электростанцию, а через какое-то время, когда у неё от ещё одного великого князя — Андрея Владимировича, её будущего морганатического супруга, — родился сын Вова, Кшесинская построила мальчику домик для игр в саду.

Роман с Андреем Владимировичем улучшил материальное положение балерины. Гонорары её росли, драгоценные подарки текли рекой. Вот лишь самые значительные из них, подробно (с явной ностальгией) описанные в мемуарах. Брошь-змея с сапфировым кабошоном, полученная к бенефису от императора (Кшесинская отмечает, что царь сообщил ей, что выбирал подарок вместе с супругой). Брошь в виде кольца с четырьмя сапфирами (это вообще был любимый камень балерины) от великих князей Владимира Александровича, Михаила Николаевича, Алексея и Павла Александровичей Романовых. Владимир Александрович каждую Пасху присылал золотые яйца от Фаберже. В 1911 году, к 20-летию карьеры балерины, император прислал Кшесинской бриллиантового двуглавого орла с розовым сапфиром, а великий князь Сергей Михайлович — набор жёлтых бриллиантов.

Ну и, конечно, Андрей Владимирович не уставал пополнять ювелирную коллекцию своей сожительницы. Бриллиантовые пряжки для туфель. Тиара-обруч от Фаберже с шестью крупными сапфирами. Матильда выходила в ней на сцену в балете «Дочь фараона» — тогда было принято, чтобы балерины выступали в собственных драгоценностях. К десятилетию знакомства с Андреем Кшесинская получила сапфиры-кабошоны «с историей»: «Фаберже, у которого эти камни были куплены, мне по секрету говорил, что эти сапфиры происходят из знаменитой сапфировой парюры герцогини Зинаиды Лейхтенбергской», — вспоминала она.

Кшесинская сменила небольшой дом на Английском проспекте на действительно впечатляющий особняк — тот самый, из «курса истории партии». Дом строил модный архитектор Александр фон Гоген в стиле модерн, оформление, в присущем ей буржуазном вкусе, выбрала сама Маля. Она не удержалась и устроила буйную эклектику: бальный зал — ампирный, угловой салон — рокайльный, спальня и будуар — в британском духе, «с белой мебелью и кретоном на стенах», подробно описывала Кшесинская в мемуарах, и так далее. К сожалению, убранство дома не сохранилось: его разграбили в 1917 году.

Кроме питерского особняка, Андрей Романов купил любовнице роскошную виллу Alam (палиндром имени Mala) в Кап-д'Ай на Лазурном берегу. Там Матильда жила с мужем и сыном и после эмиграции до 1929 года, когда дом пришлось продать: вывезенные из России деньги и ценности постепенно иссякали. Однако не стоит думать, что светлейшая княгиня Романовская-Красинская (этот титул она получила после венчания с Андреем) бедствовала. На оставшиеся средства супруги купили дом в Париже с залом для уроков танцев — совсем как некогда в квартирах Феликса Кшесинского. Балерина давала весьма популярные уроки даже в годы Второй мировой и неплохо зарабатывала. Она на 15 лет пережила мужа и умерла в 1971 году в покое и глубокой старости.