Lanvin

Для французской высокой моды, начало которой было положено при Второй империи мужчиной и англичанином Чарльзом Вортом, эпоха ар деко стала триумфом женщин.

Коко Шанель, Мадлен Вионне, Жанна Ланвен, мадам Гре избавили моду от тяжёлого восточного декора 1910-х годов, реформировали крой, создали новые силуэты, разработали полный современный гардероб и изменили саму суть профессии кутюрье.

Вспоминая те времена, Кристиан Диор говорил: «Тогда-то и наступило царство великих портних… А портновское искусство после долгого периода безымянного ремесленничества стало, наконец, выражением творческой индивидуальности — той самой, что возглавляет дом моды. Наверное, поэтому теперь вдруг начали так много говорить о кутюрье и высокой моде».

У этих выдающихся женщин были весьма несхожие биографии, но их объединяет то, что все они начинали модистками. Ланвен с 16 лет делала шляпки у известной в своё время мадам Феликс, потом поработала портнихой у Тальбо и, убедившись в том, что её работа нравится клиенткам, в 1889 году открыла собственный магазин на улице Фобур Сент-Оноре. От этой даты и ведёт своё летоисчисление модный дом Lanvin.

Старшая из 11 детей в небогатой буржуазной семье, Жанна Ланвен сделала карьеру, достойную героинь Золя, — вышла замуж за итальянского графа ди Пьетро, родила дочь, развелась и вновь вышла замуж, на этот раз за известного журналиста Ксавье Мале. Во многом благодаря его поддержке и светским связям в 1909 году она стала полноправным кутюрье, вступив в парижский Синдикат высокой моды.

Свою единственную дочь Маргерит ди Пьетро Жанна родила по тогдашним меркам довольно поздно, в 30 лет. Она страстно любила дочку и обожала наряжать её. Маргерит стала её лучшей моделью и, как сказали бы сейчас, лицом дома Lanvin. Матери одноклассниц приходили к мадам Ланвен и просили её сшить такие же платья для своих дочерей. В 1908 году она открыла отдел детского платья, а затем начала шить не только для дочерей всех этих дам, но и для них самих.

Эмблема дома Lanvin — портрет Жанны и Маргерит в платьях для костюмированного бала, нарисованный в 1907 году знаменитым иллюстратором Полем Ирибом. Пожалуй, это единственный случай в модных анналах, когда карьера кутюрье началась с детской одежды.

Жанна продолжала одевать своего ребёнка все годы её детства, отрочества и юности. Как светская модель, рекламирующая стиль Lanvin, Маргерит выделялась даже среди избалованных дебютанток и молодых дам в платьях Дусе, Пуаре и Вионне. Она станет оперной певицей, сменит имя на Мари-Бланш и выйдет замуж за настоящего аристократа.

К началу Второй мировой войны Жанна Ланвен, помимо женской и детской, шила мужскую одежду (ей заказал свой мундир «бессмертного» член Французской академии Эдмон Ростан), выпускала нижнее бельё, спортивные костюмы, меховые изделия, владела собственной красильной фабрикой в Нантере. В 1920 году она открыла подразделение Lanvin Décoration, где создавали мебель и предметы интерьера. С 1922 года его возглавлял знаменитый архитектор и дизайнер Арман-Альбер Рато. В 1924 году Жанна Ланвен основала Lanvin Parfums, а три года спустя на свет появились её самые знаменитые духи Arpège. Помимо парижского бутика, филиалы её модного дома открылись в Ницце, Каннах и Биаррице.

У Жанны Ланвен никогда не было такого узнаваемого стиля, как у Шанель. Среди великих кутюрье своего времени она была наименее радикальной и, возможно, самой универсальной. У неё был настоящий дар создавать красивые платья и незаурядный вкус к отделке — вышивке, кружеву, аппликации, искусственным цветам. Свой любимый цвет, «голубой кватроченто», она нашла на фресках Фра Анджелико и Мазаччо, в картинах Боттичелли и Филиппино Липпи и прибегала к нему столь часто, что его стали называть «Lanvin blue». Именно его мы видим сегодня на каждой упаковке Lanvin. Её фирменными приёмами стали декоративная параллельная строчка, ряды узкой ленты и стёганые детали. Ей великолепно удавались разнообразные оборки и воланы. Классически безупречные и в то же время романтичные платья были бесспорным коньком Ланвен.

Её не стало в 1946 году. Княгиня Мари-Бланш де Полиньяк, давно оставившая оперный театр, взяла на себя руководство предприятием матери. В 1950 году княгиня, которая никогда не была большим дизайнером, пригласила в качестве художественного директора испанца Антонио Кановаса дель Кастильо дель Рея — восходящую звезду поколения Диора, Баленсиаги и Бальмена. Укоротив своё имя до Кастильо, он ставил его на этикетках платьев рядом с брендом Lanvin. Подобно основательнице дома, Кастильо любил бархат, тафту, органзу и мех, был мастером сложных отделок и элегантного декора. В течение 13 лет, пока он отвечал за дизайн, Lanvin имел репутацию изысканного и весьма респектабельного, хотя и немного консервативного дома.

В 1958 году Мари-Бланш де Полиньяк умерла бездетной, и в Lanvin сменилась целая вереница арт-директоров, пока в 1980-х дизайн не прибрала к рукам Мэрил Ланвен, жена племянника и наследника Жанны Ланвен. Вплоть до 1989 года она занималась коллекциями prêtà-porter, а с 1985 года также коллекциями haute couture и специальными коллекциями, предназначенными для парижского бутика. Модные критики сравнивали её с Марком Боаном, который в те годы был арт-директором Christian Dior, отмечая, что «мадам Ланвен подобно месье Боану делает одежду, в большей степени отмеченную хорошим вкусом и шиком, нежели революционной изобретательностью». Мэрил получила пост арт-директора Lanvin в 1981 году — тогда же на президентских выборах победил Миттеран. В годы пребывания социалистов у власти во Франции сложилась индустрия роскоши, какой мы её знаем сегодня. Тогда, в 80-е, положение старых французских предприятий люксовой индустрии изменилось навсегда. Прежде всего, они перестали быть семейными. Пришли бизнесмены нового поколения. Они принесли деньги и отстранили старых хозяев от непосредственного управления, а с ними пришли маркетологи, потеснившие арт-директоров. Руководство Midland Bank, нового британского партнёра Lanvin, в январе 1989 года выкупило 34% акций, приняло решение развивать производство парфюмерии и готового платья и… устранить от дел Мэрил Ланвен, о чём было официально объявлено 26 мая 1989 года.

Уход Мэрил Ланвен не был таким громким. Через сезон на её место придёт Клод Монтана и сделает пять феноменальных коллекций haute couture, привлекающих внимание, но совершенно разорительных. Затем последует ещё одна вереница арт-директоров, не оставивших никакого заметного следа, пока в 2002 году на пороге Lanvin не появился Альбер Эльбаз, к тому времени без особого успеха поработавший в Guy Laroche и Yves Saint Laurent. Все помнят, что произошло потом, — это был настоящий взрыв. Всего за несколько сезонов Lanvin из добропорядочного старомодного французского дома моды превратился в один из главных мировых брендов. Скромный и обаятельный Эльбаз (он известен тем, что не расхаживает по подиуму в конце показа, собирая букеты и аплодисменты, а только на секунду выглядывает из-за кулис, чтобы помахать публике) сделал именно то, что нужно было сделать для возрождения почти угасшего бренда — всё перетряхнул, провёл полную ревизию всех подразделений, поднял архивы и обновил стиль бренда на их основе, вернув в фирменную символику тот самый «голубой кватроченто», который так любила мадам Ланвен.

Стилистические коды Lanvin никогда не отличались жёсткостью, но Эльбаз, изучив наследие марки, сумел их выделить, зафиксировать и построить вокруг них эстетику марки. Он соединил цвета и формы, найденные им в архивах дома, со своим собственным, очень современным концептуальным видением, так что воланы мадам Ланвен превратились в невероятные монохромные шёлковые платья, отстрочка — в расстёгнутые молнии, а болеро с жёсткими пышными рукавами — в знаменитые асимметричные наряды на одно плечо. История и современность обрели единство и дали начало яркому, сильному индивидуальному стилю, который узнаётся с первого взгляда, и его нельзя спутать ни с каким другим. У Эльбаза есть дар, которым обладала мадам Ланвен, — он делает очень красивые платья, в которые женщины влюбляются с первого взгляда.

То, что сегодня старый парижский дом воспринимается как один из самых актуальных современных брендов, — заслуга не только мудрого управления и удачной рыночной конъюнктуры. Это стало возможным благодаря аккумуляции в современном продукте талантов и усилий всех тех, кто делал красивые платья под маркой Lanvin на протяжении 125 лет. Именно это мы и получаем в каждой коробочке Lanvin цвета неба на фресках кватроченто.