Henry Poole & Co.


С момента открытия первого ателье на Сэвил-роу в 1846 году Henry Poole & Co. обзавелись завидным списком венценосных клиентов, в котором среди прочих царей и махараджей значились Наполеон III, королева Виктория, король Эдуард VII, император Хирохито.


Несмотря на впечатляющее наследие, атмосферу ателье уместнее назвать деловой, чем чопорной. Каждый год здесь шьют около 1200 костюмов стоимостью $4900 — на каждый уходит примерно три месяца работы. «Наши клиенты в основном не знаменитости, а CEO и директора бизнеса», — говорит Канди.


Налёт театральности отличает лишь церемониальные наряды, которые бренд производит для королевской семьи, например, униформу форейторов, принимавших участие в свадебной процесси Уильяма и Кейт в 2011 году. Нерушимые традиции никогда не мешали Poole быть впереди трендов. «Принц Уэльский (позже король Эдуард VIII) захотел заказать менее официальный наряд для вечеринки по случаю покупки замка Сандрингем, — рассказывает менеджер Энтони Роуленд, — и попросил Генри Пула отрезать фалды классического фрака». Таким образом появился современный костюм, неминуемо пришедший на смену смокингу, или tuxedo, идею которого заимствовал у принца Эдуарда его американский друг Джеймс Браун Поттер.


И всё-таки «наш стиль вне времени» — настаивает Канди. Фирменный покрой Henry Poole — это естественные очертания плеча и линия пояса, которая располагается точно на талии, а не на бёдрах. «Это классический, гармоничный образ. Наш главный принцип состоит в том, чтобы костюм оставался незаметным, вторичным по отношению к личности».


В глубине магазина за двумя примерочными — лестница, ведущая в подвал. Здесь по соседству с мастерскими закройщиков ждёт ещё один исторический экскурс. В комнате, облицованной деревянными панелями, Роуленд демонстрирует переплетённые в зелёный молескин массивные гроссбухи, которые ведут с 1846 года. В эти тома от руки вписаны мерки, снятые с фигур бесчисленного множества благородных персон. Как изменились параметры за последние полтора века? В ответ на этот вопрос Роуленд улыбается: «Боюсь, что тогда джентльмены были несколько стройнее».

J. Barbour & Sons Ltd.


Глава бренда Маргарет Барбур рассказала, что в 2012 году, когда праздновали бриллиантовый юбилей королевы, она преподнесла Её Величеству новый жакет Barbour, предположив, что послужившая верой и правдой куртка требует замены. Елизавета II вежливо отказалась и лишь попросила заново провощить любимый Barbour Beaufort.

Долгожителя британского легпрома, как и правящий дом, годы не портят. Сегодня Barbour продаёт широкий ассортимент вещей, от обуви до собачьих подстилок, в 40 странах. Но их вощёные куртки остаются семейным достоянием, которое передают от отца к сыну и от матери к дочери. В 1894 году компания шила штормовки для моряков на продуваемом всеми ветрами северо-востоке Англии.

В наши дни фирма, которой управляет пятое поколение владельцев, одевает скорее спортивных бизнесменов, чем суровых рыбаков. Но в фирменном вощёном жакете есть нечто, настолько роднящее его с британской глубинкой, что и для королевы он стал родным. «Наши сотрудники гордятся тем, что их мастерство признано в высочайших кругах», — говорит Стив Бак, гендиректор Barbour. И, как известно королеве, они не менее рады обновить старый жакет, чем продать новый.

Fulton Umbrellas


Держатель одного из самых необычных патентов, Fulton Umbrellas каждый сезон ждёт в гости представителя королевы, чтобы передать ему новые зонты — аксессуары, совершенно необходимые в пасмурном британском климате. Каёмка на каждом из них соответствует по цвету одеянию монарха. Фирменная модель Fulton, прозрачный полиэтиленовый Birdcage, была изобретена Фултоном в 1963 году, чтобы защитить Её Величество от дождя, не перекрывая ей видимости и оставляя возможность видеть её саму. «Это было невероятно прогрессивно для своего времени», — говорит СЕО компании Найджел Фултон. «Мы работали с кутюрье Мэри Квант, и это тоже сделало нам рекламу. Звание поставщика — большая честь. Теперь мы часть истории моды».

John Lobb


Знаменитому лондонскому производителю королевский патент вручали и принц Чарльз, и принц Филип. «Первые ботинки сделал мой прапрадед, — объясняет Николас Лобб, владелец и руководитель фирмы в пятом поколении. — Он переехал в Лондон из Корнуолла и, на своё счастье, в 1863 году сделал ботинки для принца Уэльского».


Остальное — уже из области истории сапожного дела. Среди бестселлеров марки — модели Oxford Cap и Double Monk. Лобб отказывается называть любимые ботинки королевских особ, но известно, что ногу Чарльза измерили для первой пары чёрных оксфордов в 1971 году и до сих пор шьют обувь по этой самой мерке.

Kinloch Anderson


Тартан — гораздо больше, чем просто ткань в клетку, как любят говорить сотрудники фирмы с Шотландского высокогорья, насчитывающей не менее 150 лет. Орнаменты, образующиеся при переплетении разноцветных шерстяных нитей, по легенде, восходят к древней клановой системе Шотландии и трепетно хранятся в специальных реестрах. Всякому, кто осмелится носить гвардейский тартан без достаточных на то оснований, даже сегодня не избежать сурового порицания.


Kinloch Anderson — это современная международная компания (помимо всего прочего производящая виски) и семейная фирма с корнями, уходящими в глубокие недра родной Шотландии. Бренд не только снабжает тартанами и униформой шотландский полк, но также удостоился чести служить принцу Филипу и принцу Чарльзу, так же как королеве Елизавете, чей Balmoral Tartan, кстати говоря, можно носить лишь с её особого разрешения.

Turnbull & Asser


Когда речь заходит о рубашках и галстуках, нельзя не упомянуть Turnbull & Asser — фирму, поставлявшую свой товар как принцу Чарльзу, так и другим знаменитым личностям, вроде Пабло Пикассо и Чарли Чаплина. «Мы с гордостью несём звание поставщика рубашек Его Королевского Высочества принца Уэльского с 1980 года», — говорит директор bespoke-ателье Стивен Куин, который не меньше гордится тем обстоятельством, что рубашки и сегодня продолжают шить в Глостершире и Кенте.

По его словам, принц Чарльз предпочитает классический репертуар: неброские цвета, розовую и сиреневую гаммы, светлые полоски и двойные манжеты для запонок. О предпочтениях знатных клиентов Куин особенно не распространяется, но рассказал, что в 1990 году, когда принц Чарльз сломал руку на верховой прогулке, ему сделали рубашку с подходящей по стилю повязкой.

Johnstons of Elgin


На правах поставщика королевского двора производитель шерстяных тканей Johnstons of Elgin недавно получил заказ от принца Чарльза на воссоздание старинного орнамента под названием Albert Tweed, чьи красные
и серые полоски напоминают гранитные кряжи Абердиншира — области Шотландии, где находится семейный королевский замок Балморал. Более известный благодаря первосортному кашемиру, который с 1851 года
выпускают на фабрике в Элгине, Johnstons также привлекает поклонников шотландским твидом камуфляжной расцветки, позволяющим хозяину костюма слиться с пейзажем.


Весной 2017 года мировые таблоиды обошла фотография семьи герцога Кембриджского, отдыхающей на горнолыжном курорте во Французских Альпах. На голове у принцессы Шарлотты, внучки Елизаветы II, сидящей на руках у Кейт Миддлтон, дотошные наблюдатели заметили кашемировую шапочку с рисунком Fair Isle всё с той же мануфактуры в Элгине.