Люксор

Стыдно признаться, но я не был в Египте. Полмира объездил, а в стране, до которой три часа лёту, куда не нужна виза, и где памятников и монументов больше, чем «Макдоналдсов», не был! При этом мне хотелось не в Хургаду, а нормального старомодного путешествия, как в «Смерти на Ниле», без летального исхода, конечно. Перечитав Агату Кристи, я примерно распланировал маршрут. Каир, Асуан, круиз по Нилу. Там, впрочем, наши планы расходились. Пуаро садился выше плотины на корабль «Карнак» и следовал в сторону Абу-Симбела, я же решил спуститься по реке до Луксора, потом отправиться в несуществовавший во времена Кристи Шарм- эль-Шейх, там напоследок слегка «прожариться», исследовать Синайский полуостров и оттуда же вернуться домой.

Поиски «Карнака» в Интернете ничего не дали. Одноимённый храм всё ещё стоит неподалёку от Луксора—в нём даже снималась одна из сцен «Смерти на Ниле», а вот корабля с таким названием, кажется, уже нет. «Нефертити», «Рамсес», «Тутанхамон"—на Ниле можно разыскать плавсредство с именем любого египетского правителя, но все они—огромные туристические ковчеги на 200 особей каждый. В результате я выловил с сайта Abercrombie & Kent—пионера сафари-туризма, организатора круизов в Антарктику и проводника по Индии, Чили и Египту—Nile Adventurer, шикарный четырёхпалубный корабль на 40 пассажиров. На Nile Adventurer можно пойти по одному и тому же маршруту двумя путями—спуститься за три дня из Асуана до Луксора, либо подняться вверх по течению в обратном направлении за четыре дня. В качестве экстремального развлечения для самых ненасытных Abercrombie & Kent предлагает недельный круиз—то есть дорогу в оба конца и осмотр одних и тех же достопримечательностей в двойном объёме.

Продано! Я забронировал на Nile Adventurer каюту на верхней палубе, решив пройти по Нилу самым коротким путём—из Асуана в Луксор, вниз по течению. Что делать с Каиром, тоже было более или менее понятно: Мемфис, гробницы Соккары, пирамиды Гизы, базар Хан-эль-Халили, древние коптские храмы, Египетский музей. С гостиницей подобной ясности не было. Отель Shepherd времён Агаты Кристи давно перестроен во что-то ужасное, знаменитый Mena Palace у пирамид пришёл в упадок, зато проверенных путешествиями в другие места гостиниц Four Seasons в Каире обнаружилось целых две—абсолютно новая Nile Plaza на восточном берегу Нила и Four Seasons at First Residence—в Гизе, на западном берегу. Выбрать между двумя отелями одной сети, не побывав в Каире, было сложно, поэтому я решил разделить своё пребывание в столице между обоими. В Шарме выбирать оказалось не из чего, потому что там обнаружился всего один-единственный Four Seasons Resort, его я и забронировал.

Теперь можно было ехать. В международном аэропорту Каира, ещё до паспортного контроля меня встретил джентльмен в отглаженном сером костюме, галстуке и с табличкой Four Seasons Hotels and Resorts в руках. Тщетно попытавшись произнести мою фамилию, встречающий вручил мне влажное полотенце, забрал паспорт и отправился клеить марки и штамповать мой документ. Покончив с формальностями, джентльмен выудил мою сумку с ленты транспортёра и проводил меня к ожидавшему на VIP-стоянке чёрному Mercedes. В салоне ритуал с полотенцем повторился ещё раз, после чего автомобиль, взвизгнув покрышками, влился в поток и поехал в сторону гостиницы.

В огромном холле, обильно украшенном цветами «а-ля Джефф Литэм», меня уже дожидалась прекрасная девушка с восточной внешностью и явно европейскими манерами.

—Здравствуйте, мистер Геннадий, меня зовут Хибба, я PR-директор Nile Plaza. Могу я отвести вас в вашу комнату?

Вместе с Хиббой (впоследствии оказавшейся ливийкой с австрийским паспортом и египетским мужем) мы поднялись на 17-й этаж, где мне были вручены ключи от номера 1701—двухкомнатных апартаментов с огромной террасой и видом на Нил.

—В нашем SPA-центре вас ждут завтра к шести вечера, вы как раз должны будете вернуться из Мемфиса и Гизы, а потом я хотела бы пригласить вас на ужин. Какую кухню вы предпочитаете? Итальянскую, японскую, тайскую?

—Давайте так: вы выбираете сами.

Глаза моей провожатой засияли.

—Тогда Aqua. Там так здорово делают окуня в соли!

Красавица покинула меня, коридорный доставил багаж, а я отправился на Корниш.

По набережной прогуливались парочки, а хозяева пришвартованных тут и там фелюк предлагали пройтись под парусами по Нилу. Где-то в районе Nile Hilton ко мне привязался уличный торговец:

—Мистер, прокатитесь на фелюке—на закате это так красиво. Пиво, кальян—всё на борту. Недорого! А может, в карете?

—Спасибо, не сегодня.

—Ну, тогда вам наверняка нужна женщина. Есть одна, с такой огромной грудью—закачаетесь! Нет? А, понял, вы любите молодых—есть чудесная двенадцатилетняя девственница.

—Отправьте её в школу.

Юноша стал терять терпение:

—Да ходит она в школу, не беспокойтесь. Я, кстати, догадался, вам нужен гашиш! Не стесняйтесь, спросите Атефа (меня так зовут), и у вас всё будет.

Я снова покачал головой и, тщетно пытаясь отделаться от Атефа, выскочил на проезжую часть.

—Так вам такси нужно было!

Атеф обиженно покачал головой, после чего лицо его озарила догадка:

—Аллах, как же я сразу не догадался, вы ищете мальчика! У меня как раз есть один. У Атефа всё есть!

Не в силах больше выдержать напора торговца, я, лавируя между автомобилями, несущимися на дикой скорости по набережной, перебежал на другую сторону дороги. Атеф, заглушенный рёвом двигателей, продолжал уже на расстоянии что-то мне впаривать.

Я нырнул в переулок и оказался в тихом, некогда богатом районе Garden City. Когда-то, до насеровской революции, здесь жили состоятельные горожане—торговцы хлопком, судовладельцы, аристократы, дипломаты. Большинство особняков в стиле вelle Оpoque в 1956 году, заодно с Суэцким каналом, были конфискованы, а их хозяева—принуждены к эмиграции, однако и сегодня этот район продолжает быть самым тихим и прекрасным местом двадцатимиллионного города. В Garden City—посольства Англии, Италии и других стран, масса банков, исламские институции, резиденции новых аристократов. У обочин узких улочек припаркованы дорогие автомобили, а огромные гостиные старых домов продолжают освещать оставшиеся в наследство гигантские хрустальные люстры, света которых хватает и для тротуаров.

Добравшись до гостиницы дворами и переулками Garden City, я поднялся в свой номер, наполнил ванну, добавил в воду найденное тут же масло L’Occitane и погрузился в приятно расслабляющий раствор. Благоухания принесенных в моё отсутствие белых лилий хватало на обе комнаты, восточные сладости на огромном блюде дразнили, прекрасные фрукты давали возможность выбрать между вкусным и полезным. Выбор, как обычно, не был идеальным. Завернувшись в халат, я смотрел с балкона на огромный город, на чёрные фелюки, бесшумно скользящие по воде, на тысячи машин, двумя расцвеченными огнями лентами протянувшимися по обоим берегам реки. Бешеная энергия, извергаемая Каиром, собиралась где-то над пирамидами Гизы в грозовые облака—там были видны вспышки. Никаких намёков на гром и молнии на остальном небе не было. Только назавтра я узнал, что у Сфинкса каждый вечер проходят светомузыкальные представления для туристов—оттуда и доходило до моего этажа сияние.

На следующее утро другой Mercedes—уже белый—ждал меня перед входом. Куратор Ашраф из Abercrombie & Kent представил мне миниатюрную даму по имени Хала, моего гида, и мы отправились в Мемфис—древнюю столицу Египта.

Быстро обежав несколько осколков древнего города (от Мемфиса, построенного не из камня, а из глины и дерева, почти ничего не осталось), отбившись от торговцев скарабеями, мы переместились в Соккару—кладбище-спутник Мемфиса, место упокоения фараонов-богов и их вельмож. Первая ступенчатая пирамида (прототип Мавзолея Владимира Ильича), гробницы жрецов и тогдашних аристократов—всё это и сегодня производит впечатление чего-то нереального. Пять-шесть тысяч лет, а все как новенькие! Размер, декор, строительная выдумка. В какой-то момент надо переставать удивляться, а ты всё так и ходишь с открытым ртом, пытаясь соотнести всё это со своими представлениями о цивилизации.

Вернувшись в гостиницу, я побежал к бассейну. Довольно большой водоём Nile Plaza, спрятанный на пятом этаже, окружён cabanas, кабинками для переодевания, снабжёнными спальнями, мини-кухнями, ванными комнатами. Тут же, у бассейна—ресторан-гриль, а под крышей, за раздвижными стёклами—второй, зимний бассейн. Впрочем, ведь и была зима, но под крышу идти совсем не хотелось.

После лёгкого ланча я переместился в SPA, где мне была забронирована процедура под названием Cleopatra treatment—ванна-джакузи с молоком, мёдом, лепестками роз и последующий общий массаж. Лучшим местом в SPA оказалась комната отдыха—просторный зал с огромными, выходящими на Нил окнами. Роскошные белые кожаные кушетки, развёрнутые к реке, имбирный чай, coffee-table books, приятная музыка. Достигнув состояния ленивой нирваны, я заснул на белой коже, и только лёгкое прикосновение к плечу оторвало меня от просмотра сна, в котором Хеопс советовался со мной по строительным вопросам.

Второй египетский день клонился к закату, и я вместе с Хиббой отправился ужинать. В ресторане Aqua нас усадили у окна—полукруглые столы здесь стоят таким образом, что пришедшие вдвоём клиенты оказываются не друг против друга, но рядом и лицами к реке. За стеклом—Нил и огромный город, и ты словно растворяешься в этой картинке, потому что ничего уже не мешает тебе, не отвлекает ни от прекрасно приготовленной рыбы, ни от грандиозного Каира.

По совету своей прекрасной провожатой я выбрал дегустационную тарелку закусок и морского окуня на гриле. Официанты, пройдя мимо стола в хороводе, уставили стол соусами, стаканами с водой, арабским хлебом, практически бесполезный здесь sommelier, налили ужасного местного вина, и мы приступили к трапезе. Было вкусно, даже очень.

На следующий день я упаковал багаж, распорядился перевезти его в другой Four Seasons, а сам отправился в старый Каир. Уже в 9 часов мы с Халой были в древней коптской церкви Абу-Серьга (или церкви Святого Сергия), построенной над тем самым гротом, в котором Мария и Иосиф скрывались с младенцем от преследования царя Ирода. Грот, к сожалению, находится на реконструкции—грунтовые воды, в отличие от Ирода, смогли настичь святое место. В старом коптском Каире или Маср-аль-Кадиме, как его тут зовут по‑арабски, есть много чего посмотреть: знаменитая патриаршая «Подвешенная церковь» Эль-Му'Аллака, построенная на остатках высоких римских крепостных стен, древняя синагога Бен Эзра, воздвигнутая на месте, где царица Нефертари, дочь фараона, нашла младенца Моисея. Могу посоветовать ещё магазин Аделя Искандера Абд Аллы и его сына Карима, что неподалёку от Святого Сергия, на базаре Маср-аль-Кадима. Алебастровые фигурки, перламутр, медь и серебро, но, главное—старые коптские православные иконы, кресты, украшения. Спросите Фатен, и она, оценив вашу платежеспособность, достанет из-под прилавка какие-нибудь особые иконы, никогда не попадающие на витрины. Торгуйтесь отчаянно—товар хоть и освящён веками христианства, но требует к себе такого же подхода, что и любой другой.

Гружённого книгами и сувенирами, к вечеру меня доставили в Four Seasons Cairo at First Residence. Стиль этого отеля заметно отличается от Nile Plaza. Если там—современная мебель, европейский подход, то тут—типичная восточная роскошь в классической оправе: «антикварные» комоды и письменные столы, удобные кресла с высокими спинками, шёлковые ковры, огромные кровати со взбитыми подушками. На первых трёх этажах гостиницы—лучший в городе shopping mall. Из окна большинства номеров видны пирамиды, под окнами—каирский зоопарк. Здешний Royal Suite поражает размерами, декадентским декором и количеством телевизоров—в гостиной, например, я насчитал в разных углах три плазменные панели. Естественно, что я не отказал себе в удовольствии проверить возможности местного SPA. Пилинг натуральной губкой и зёрнами с использованием йогурта, мёда, сои и прочих продуктов египетского агропрома, последовавшие за ним массаж и чай с сухофруктами вполне меня устроили, а ужин в тайском Lai Thai не дал поводов усомниться в классе гостиницы.

Обойдя назавтра Египетский музей, я посчитал каирскую программу исполненной. Ещё один заход в SPA (оборачивание в папирус, хамам и джакузи с видом на Цитадель), сигара в баре Library—и я был готов к перелёту в Асуан. Снова лимузин (на сей раз—7-й BMW), короткий перелёт, и я смог почувствовать жару Верхнего Египта и гостеприимство Abercrombie & Kent. Взвод встречающих в одинаковых форменных синих пиджаках, голубых рубашках и жёлтых галстуках, не ломая строя, бросился отбирать у меня сумки, предлагать полотенца, сэндвичи, воду. До посадки на корабль мне предстояло встретиться с несколькими соратниками по круизу и побывать на острове Филы, в знаменитом храме, и на не менее знаменитой Асуанской плотине—символе советско-египетской дружбы времён Насера и Хрущёва. В попутчики мне достались знаменитый египетский актёр Усама Аббас с женой, американцы Марди и Кристина—покупатели и продавцы компаний, две подруги-турагентши из Сан-Франциско и нью-йоркская семья—мать и трое взрослых детей, выбравшихся на совместную прогулку по экзотической стране.

После экскурсии я наконец-то смог добраться до своей каюты. Довольно большая комната с окнами во всю стену, ванная, гардероб—что ещё нужно, тем более что на моей же палубе находился удачно декорированный салон и бар под открытым небом. Надо мной громоздились ещё две палубы—одна жилая (четыре каюты и два suites) и одна—солнечная, с бассейном и баром, подо мной—тоже две—ресторан и ещё несколько кают. Всего Nile Adventurer рассчитан на 40 пассажиров, что при четырёх штатных египтологах-гидах даёт возможность исследовать древние монументы, не толкаясь, спокойно и в своё удовольствие. За три дня путешествия мы облазили храмы в Ком-Омбо, Эдфу, Луксоре, Карнаке, гробницы в Долине Царей. В один из вечеров нубийцы развлекали нас пением и фантастическими мужскими танцами, в другой—мы сами наряжались в галабии, накручивали на головы тюрбаны и веселили друг друга своим нелепым видом. Закаты на Ниле, загар под утренним солнцем, проход шлюзов—все эти обязательные для речного круиза действия неизменно производили впечатление сто лет назад, производят и сегодня.

В Долине Царей я спустился в ту самую гробницу, где много лет назад были найдены сокровища Тутанхамона. В каирском Египетском музее мебель, колесницы, саркофаги, маски, украшения, фигурки и прочие драгоценности царя Тута занимают целый этаж огромного здания. Здесь же, где всё это было обнаружено, под них были отведены несколько небольших комнат усыпальницы. Как сокровища были размещены на крошечной площади подземной гробницы—понять невозможно, остаётся только удивляться.

Впрочем, удивляться здесь можно на каждом шагу: колоннада карнакского храма, украшения стен в Эдфу, ниломер в Ком-Омбо, нагромождение времён в Луксоре и множество других вещей, от одного взгляда на которые широко открываются глаза.

После прощального ужина на борту наша компания решила прогуляться по набережной мимо луксорского храма, в знаменитую, многократно описанную в колониальных романах гостиницу Winter Palace Hotel. Сидя в баре на старомодных, в английском стиле диванах, мы потягивали ледяной чай и болтали о всякой чепухе. Обсуждать увиденное не было сил.

Переночевав в последний раз на Nile Adventurer, наутро я отправился в Шарм-эль-Шейх. Сорок минут полёта, и я снова увидел фигуру в отглаженном костюме и с табличкой Four Seasons Hotels and Resorts. «Отглаженный» встречающий схватил мои заметно отяжелевшие сумки, бережно переложил их с тележки в багажник чёрного лимузина и пожелал мне приятного отдыха. Дорога через пустыню была недолгой—отель расположен всего-то в пяти минутах от аэропорта.

В прохладном холле гостиницы меня встретил Матиас Кием—директор Four Seasons Sharm el-Sheikh Resort. Двухметровый весельчак, с которым я познакомился месяцем раньше в заснеженной Москве, сам отвёл меня в уютный Ambassador Suite—двухкомнатные апартаменты с небольшим персональным бассейном и шикарным видом на Красное море. В серебряном ведёрке со льдом я обнаружил бутылку «Столичной» и графин с клюквенным морсом. Дело в том, что во время встречи в московском «Пушкине» я учил Матиаса запивать водку морсом, и вот теперь, в разгар тридцатипятиградусной жары, я должен был держать ответ за содеянное.

Вечером мы снова встретились с директором в ресторане Il Frantoio.

—Представляешь, Il Frantoio—единственный в Египте ресторан, куда президент Мубарак приходит ужинать (у него тут дом неподалёку) почти без охраны, и на кухне которого не появляются перед ужином президентские врачи! Доверяют. Это лучший на Востоке итальянский ресторан, поверь мне.

Метрдотель-итальянец по имени Иван подошёл к Матиасу с винной картой:

—Что желаете сегодня, мистер Кием?

—Геннадий, водки?

—Спасибо, Матиас, у меня целый литр в номере, успею.

—Тогда вина. То Brunello, которое мне понравилось, у нас ещё есть? Неси.

В фонтане посреди открытого дворика журчала вода, за столами вокруг красивые пары в вечерних костюмах и платьях поедали пасту и внушительные порции салатов.

—Если ты ещё не решил, что делать, послушай меня и съезди на гору Синай—туда, где Моисей получил скрижали Завета. Отъезд из гостиницы в 11 вечера, три часа пути в глубь полуострова, потом—пеший или на верблюде подъём от монастыря Святой Ка-терины на гору—это примерно 800 метров, рассвет, спуск и посещение монастыря. К ланчу ты уже в гостинице.

—Матиас, а ты сам был там?

—Нет, но все рассказывают, как это здорово.

Поныряв на следующий день с аквалангом, я, было, собрался в тот же вечер воспользоваться советом Матиаса и отправиться на гору. Не тут-то было! Оказалось, что после занятий дайвингом подниматься на такую высоту—а гора Синай высотой в 2300 метров—нельзя, надо выждать хотя бы сутки. Что ж, сутки у меня в запасе были, я абсолютно никуда не спешил и отправился в SPA-центр Daniela Steiner. За время вынужденного ожидания я много чего успел перепробовать—фараонский массаж и бедуинский пилинг, к примеру. Фирменный массаж делается с помощью марлевых мешочков с сушёной ромашкой и мятой внутри. Мешочки опускаются в горячее кунжутное масло, потом с их помощью масло наносится на тело, и делается глубокий массаж. Бедуинская процедура—это скраб с мельчайшим песком.

На следующий вечер, правильно одевшись (ночью температура в пустыне и горах падает до нуля), я отправился к Святой Катерине. Преодолев десяток блокпостов, мы с гидом в кромешной тьме подъехали к монастырю. Сюда же со всего полуострова съезжались автобусы с другими страждущими—с соотечественниками, с японцами, с разными европейцами. Было примерно полтретьего утра, когда мы с Шерифом (так звали моего провожатого) начали восхождение. С уровня монастыря, с 1750 метров, до вершины можно добраться двумя путями—по относительно пологой тропе длиной примерно пять километров и по вырубленной монахами лестнице. Последняя дорога—для подготовленных, я же выбрал тропу. Пройдя искушение верблюдом (бедуины тут предлагают их оптом и в розницу), я поплёлся вверх. Перед последним отрезком пути—семью сотнями ступеней—принято делать привал. Тут, на открытой ветрам площадке, особо пробирает холод, а потому бедуины понастроили здесь палаток, места в которых сдаются внаём, и где можно выпить горячего чая или шоколада.

Передохнув и закутавшись в одеяло, кряхтя и богохульствуя, я отправился на вершину, где сотни полторы туристов уже заняли лучшие места. Выбрал себе точку и я. Часов примерно в шесть взошло солнце. Долина осветилась волшебным светом, и я поплёлся вниз тем же путем. Очень быстро становилось жарко.

Монастырь оказался удивительным местом—может быть, самым удивительным из тех, что я нашёл в Египте. Еще в IV веке святая Елена, мать императора Константина, велела построить над корнями библейской неопалимой купины (она до сих пор жива!) часовню. Двумя сотнями лет позже Юстинианом здесь был основан монастырь, который в почти неизменном виде дошёл до наших дней. И сегодня перед иконами полуторатысячелетней давности в православной церкви Преображения Господня ведутся службы, и сегодня тут живут монахи. Монастырь Святой Катерины обладает второй по значимости библиотекой христианского мира, огромными сокровищами, удивительными произведениями искусства.

Поездка в монастырь и подъём на гору были самым правильным завершением долгого путешествия. Пирамиды, базары, изысканные трапезы, круиз по Нилу, отдых в фантастических отелях, море, пустыня, и, наконец, горы и сказочный монастырь—всё вместе не оставило ни одной занозы, никакого неудовольствия. Я ехал в Египет, борясь с предубеждением. Казалось, что в стране массового туризма и автобусных десантов, ничего хорошего быть не может. Совсем нет, тут всё в полном порядке. Главное—не готовиться заранее к кошмару и грязи, к хватанию за штанины и пищевому отравлению. Египет—великая страна с шестью тысячами лет фантастической истории. Египет роскошный эту историю продолжает.

Бронирование и организация: Abercrombie & Kent Egypt

www.akegypt.com