Микки Рурк и Ким Бейсингер в фильме «9 ½ недель»

Фильм «9 ½ недель» родился из романа Ингеборг Дэй, основанного на реальных событиях. Когда брак Дэй распался после смерти маленького сына, она переехала в Нью-Йорк и начала работать редактором в оплоте феминизма 70-х, журнале Ms. Тогда же она встретила мужчину по имени Джон, с которым у неё начался «всё в жизни сшибающий и одновременно странный», как она пишет в дневниках, роман. Дэй переживает его второй раз, описывая в предельно искренней книге под псевдонимом Элизабет Макнейл. Литературный дебют в 1978 году пуританская критика встретила враждебно, роман признали слабым. В 1986-м вышел фильм, который называли жалкой бульварной мелодрамой. А в 2011-м Дэй неожиданно для всех покончила с собой, что невольно заставило заново обратиться и к её детищу, и к его продолжению — фильму Лайна. И оказалось, что в нём честно поставлены вопросы, ответы на которые Америка мучительно пыталась найти в кабинетах психоаналитиков. Как не утратить стремление к жизни после тяжелейших сломов? Где заканчивается игра и начинаются так называемые настоящие отношения? Можно ли вообще примирить чувственный поток и бытовую реальность?

Cегодня эксперты обожают разбирать отношения героев как психоаналитический ребус. Когнитивный терапевт Эшли Уоткин называет и книгу Макнейл, и фильм Лайна пособием по коллективным неврозам и азбукой нарциссизма, где невыразимо притягательный, как и следует нарциссу, герой Рурка видит в героине Бейсингер прежде всего отражение себя. Он готов расстаться с ней, лишь бы довести до исступления и разбить ей сердце — классическая парадигма нарциссизма. А коллективный невроз нашего времени, по мысли Уоткина, продемонстрирован в фильме в форме своеобразного утверждения: привычное бытие не имеет никакого смысла. На эту удочку попадается во многом разочарованная Элизабет. «Исследование предпочтений героев-любовников массового кино показало: женщины действительно симпатизируют персонажам с выраженными чертами нарциссизма, психопатии и макиавеллизма, что во многом демонстрирует Джон, — признаёт юнгианский аналитик Лев Хегай. — Это не значит, что они готовы связать с такими мужчинами жизнь, оттого Элизабет и уходит. Скорее, это теневой выбор. Через таких героев люди встречаются с той частью себя, которая подавляется».

И всё-таки почему именно этот фильм, в отличие от многих других лент с эротическим подтекстом, так отзывается в нас? «Он вышел на сломе времён, когда секс перешёл из сферы социального и религиозного регулирования в сферу сугубо личных свобод, до которой не должно быть дела посторонним, — замечает Хегай. — Любые сексуальные практики, совершаемые по обоюдному согласию, стали признаваться нормальными. И герои „9 ½ недель“ постигают природу секса, которая выражает глубинную потребность выйти за свои ограничения, пойти дорогой абсолютной свободы, познать новый опыт и себя в новом качестве». Именно таков скрытый контракт между героями. Поэтому они так мало общаются словами, словно не интересуясь друг другом как реальными людьми. Пожалуй, так пронзительно и честно об этом не заявлял никакой другой фильм.

Статья ««9 ½ недель» на изучение себя» опубликована в журнале «Robb Report» (№1, Февраль 2021).