Владимир Меньшов
Владимир Меньшов
Советский и российский режиссер умер в возрасте 81 года от последствий коронавируса

Российская актриса и телеведущая Юлия Меньшова опубликовала последнее интервью своего отца — режиссера Владимира Меньшова, который 5 июля умер из-за последствий коронавируса. Ролик появился на ее YouTube-канале.

«Мы сняли это интервью в конце апреля 2021 года. Я хотела, чтобы именно оно стало первым на моем канале. Но не знала, что ему предстоит стать последним в жизни папы», — говорится в видео. Юлия Меньшова отметила, что не успела показать отцу получившийся монтаж, поскольку в мае его состояние резко ухудшилось.

Robb Report публикует главные цитаты из интервью оскароносного советского и российского режиссера.

«Когда я заканчивал школу, я думал, что доживу [только] до 27 лет. Я тогда думал, что это возраст Михаила Лермонтова (поэт умер в возрасте 26 лет — прим.ред.). К этому возрасту он уже так много сделал, что надо было поспеть до… Были такие глупые мысли в голове (…) Но когда достигаешь 27 лет, потом думаешь о 37-ми, потом [хочешь дожить] до 44-х, как Антон Чехов. А дальше уже понятно, что уходит в бесконечность».

«Когда я родился, телевизор еще фактически не был изобретен. Однажды я в окно увидел цветной телевизор, и это было потрясением. Но потом выяснилось, что это не цветной экран. На него просто ставились специальные фильтры: сверху голубой для неба, в середине — цвета сепии, а нижний ярус — точно не помню, какого он был цвета, но в совокупности получалось цветное изображение. Особенно когда небо было в кадре, то думаешь: „Ух ты! Как красиво“. Оказывается, это было такое изобретение».

«У меня есть восхищение техническим прогрессом (который режиссер наблюдал на протяжении своей жизни — прим.ред.). Особенно меня восхищает телефон. Я помню постоянную зависимость сначала от 15 копеек, а потом от 2 копеек, чтобы позвонить [через таксофон]. Особенно в ранней юности, когда нужно было назначать свидания. Появление телефонов — громадный технологический рывок вперед. Но с другой стороны, хочу заметить: я как 60 лет назад летел в Астрахань в первый раз на самолете Ту-104 (высота 10 500 метров, за бортом -45 или -54 градуса по Цельсию и скорость — 800 километров в час), так это за 60 лет и не изменилось. Это мне тоже любопытно».

«Я не умею моментально и резко среагировать на обиду, на какое-то резкое замечание в свой адрес. Я скорее поперхнусь и замру, а потом уже на лестнице придумаю, что нужно было сказать и как ответить».

«Новое, искреннее, ясное и доброе — вот этим бог меня не обделил. Я чувствую новое, я чувствую искренность и я добрый в своих фильмах. Потому что я в самом деле не люблю ставить отрицательных оценок людям, ставить на них крест. И в моих в фильмах в этом смысле отрицательных героев нет. Я никому не выставляю двойки за поведение».

«Свободомыслящий — скользящее понятие. В этом возрасте тебе кажется, что он свободномыслящий, а через некоторое время ты понимаешь, что там много штампов в размышлениях. Тогда, получается, что абсолютно свободномыслящих я не встречал».

«При советской власти, когда я снимал кино, я все время ощущал себя в узде… Это было очень тяжелое ощущение несвободы. Ты был вынужден делать нечто, что противоречит твоему эстетическому пониманию и гражданскому, если угодно».

«Я был мечтателем. Я любил ночью сидеть на кухне, курить, [писать] в дневник и мечтать, каким я буду, чего я добьюсь».

«Я думаю, главный итог моих чтений и набирания информации в том, что я освобождаюсь от стереотипов. Я зарекся от каких-то резких выводов. Не люблю. И не люблю этого в других».

«Значение женщин в судьбе нашей страны очень большое. Я думаю, когда говорят о каких-то отрицательных качествах России, русского характера, то всегда имеют в виду мужчин. А если обратиться к женщинам, то мы найдем очень много достоинств в русском характере, которые несомненно пересиливают даже отрицательные мужские качества. Женщина, русская женщина, в частности, — феномен».

«Это, действительно, чудо, что Вера Алентова согласилась выйти за меня замуж. Я до сих пор не понимаю, как это произошло, что мы полюбили друг друга. Потому что по своему социальному положению я был намного ниже. У нее порода есть. У меня ее нет».

«Я доволен своей жизнью, но я помню, что я живу в океане человеческой бедности. Этот мир устроен несправедливо, и это меня мучает».

«Я очень суровый художник. Я не люблю, когда у режиссеров начинают сниматься знакомые, друзья. Не люблю и сразу не уважаю такого режиссера. Ничего не могу с собой поделать, потому что сразу возникает вопрос: „Так вот зачем тебе нужна профессия? Чтобы снимать своих?“ Должна быть строгость к самому себе. Поэтому я очень ссорился с Верой [Алентовой] на съемочной площадке (фильма „Москва слезам не верит“, в которой супруга режиссера исполнила главную роль — прим.ред.), так ругал ее. Потому что я нарушил собственный принцип — снимал жену и знал, что все между собой шепчутся. Поэтому я так нервничал, [хотел] чтобы она была безупречной».

«Я хороший актер, но во мне (может, я себя уже в этом убедил) нет дара передразнивания… А это основа актерской профессии… Из своих актерских работ я больше всего люблю забытую картину под названием „Последняя встреча“. Там есть великолепное содержание, это глубокая и умная картина, в ней просматривается будущий спор либералов и государственников… Очень сильная картина, но прошла незамеченной».

«Суть брака — быть необходимыми друг другу и дополнять друг друга. Это самое важное. Испытание в браке — это когда необходимость утрачивается, когда отношения становятся привычной сварой. Это очень скучно и неинтересно».